Запираю дверь квартиры, разуваюсь, быстрым шагом иду в комнату и, не снимая одежды, падаю на кровать, зарываясь лицом в подушку.
Нет, я не хочу видеть его больше никогда в жизни. Ни за что на свете.
Таких психов я еще не встречала. Сначала он похитил меня и чуть не довел до сердечного приступа, а потом просто вернул домой и пожелал удачи.
Какую бы игру он ни вел, теперь я его не только ненавижу, но и боюсь.
АЛЬБА
— Братан, ты не охренел ли часом? Я тебе что, такси? — Эд недовольно косится на меня в зеркало заднего вида. — Может, сам сядешь за руль? Это ведь твоя машина, в конце концов.
— Не, у меня дела. Мне не до этого, — отвечаю я, развалившись на заднем сиденье.
Запах Мальцевой все еще ощущается в воздухе, напоминая о недавнем инциденте.
— Какие у тебя дела? Лежать и мечтать? — Эдди не унимается.
— Ага, — отвечаю я, крутя в руках золотой браслет, который слетел с малышки. У него есть одна интересная деталь — подвеска в виде маленькой птички.
Хм. Птичка.
Вспоминаю её нежный цветочный аромат. Я почувствовал его в полной мере, когда она оказалась на мне, как только я затянул ее в машину против ее воли. А потом не удержался и сам прижался к ней, чтобы вновь почувствовать его.
А девчонка испугалась. Не знаю, что именно ее больше напугало — я или сама ситуация в целом, но это и не столь важно. Важно то, что она должна бояться, иначе продолжала бы думать, что ей все сойдет с рук. Она должна понять, что за свои поступки нужно нести ответственность. Нельзя стрелять своими глазами во всех подряд, а потом бить по лицу и обливать коктейлями.
Моя щека тогда еще долго горела. Удар был отличный. Смачный.
Дерзая и языкастая девчонка, от которой я так и не дождался извинений.
Она должна была ответить за моё унижение перед друзьями и остальными, кто находился в клубе. Нельзя выставлять Альберта Островского посмешищем.
Думаю, теперь она будет бояться даже смотреть в мою сторону.
Хотелось вчера как можно дольше наслаждаться ее эмоциями. Посмотреть, что бы она сделала, если бы я, допустим, заставил ее себя поцеловать. Какова была бы ее реакция?
Однако мои друзья обломали весь кайф. Макс выиграл в заезде у какого-то придурка тачку, а тот не захотел ее отдавать. Позвал своих ребят на помощь. Так что и нам с Эдом пришлось ехать на разборки и доходчиво объяснять людям, что мужчины обычно свои обещания выполняют.
Продолжаю крутить в руках браслет. Птичка на подвеске смотрит на меня своими блестящими глазками.
Я видел вчера в ее глазах страх. Она боялась меня, и это было приятно. Ни с чем несравнимое чувство.
Она запомнит этот урок.
— Эд, позвони Лане, пусть подъедет.
— Зачем? Она опять будет без умолку трещать про шмотки и тусовки, — кривится друг.
— Разве у тебя нет идей, чем можно занять ее рот? — вскидываю я брови.
— Не буду я ей звонить, — бурчит он. — Сам звони, если надо.
До дома ехать ещё минут двадцать. Я отправляю Лане сообщение, и та через пару минут отвечает согласием. Целую кучу восторженных смайликов я оставляю без внимания.
— Сегодня втроем? Или по очереди? — интересуюсь я между делом.
— Как закончите, пусть ко мне приходит. Одновременно сегодня не хочу.
Я усмехаюсь, но ничего не говорю. Прикрываю глаза, а в мыслях снова эта девчонка. Мальцева.
Ее лицо, вытянувшееся от удивления. Растерянный взгляд, когда я затащил ее в тачку и она распласталась прямо на мне. Ее влажные, приоткрытые пухлые губы. Бешено колотящееся сердце.
И паника в ее серо-голубых глазах.
Вчера я и не собирался ничего делать с ней. И вообще, в отношении нее у меня нет никаких планов. Мне просто хотелось немного поиграть с ней. Проучить эту малышку, чтобы она не была такой дерзкой и смелой в моем присутствии. Она должна понимать, с кем имеет дело, и осознавать, что не в силах что-либо изменить.
Пока я предаюсь размышлениям, Эд паркует машину.
Лана приехала раньше нас и уже ждет у подъезда.
Я не могу сдержать усмешку. Надо же как трахаться хочет.
При виде нас ее накрашенные яркой помадой губы расплываются в широкой улыбке. Она крепко обнимает и целует в щеку сначала меня, а потом и Эда.
Уже в квартире Лана сбрасывает с себя что-то наподобие плаща, оставаясь лишь в сапогах на высоченной шпильке и черном корсете с чулками.
Я ухмыляюсь. Умеет она завести с пол-оборота. Хороша сучка. Красивая и ноги длинные.
Лана уже дрожит от нетерпения.
— Дорогая, сегодня нас на тебя двое, — говорит ей Эд. — Так что не переутомись с Альбой. Оставь силы и для меня, — он подмигивает ей и скрывается в своей спальне.
Лана смотрит на меня с обожанием, ее глаза блестят от предвкушения.
— Ну что? Ты готов? — спрашивает она, облизывая губы.
Я киваю, чувствуя, как во мне поднимается желание.
— Отлично, — говорит она, беря меня за руку и уводя в мою спальню.
В комнате темно, лишь слабый свет ночника освещает широкую кровать.
— Хочу тебя… немедленно, — шепчет она, подставляя свое разгоряченное тело под мои поцелуи. — Делай со мной все, что пожелаешь.
Мне не нужно повторять дважды. Тем более, она как раз здесь за этим.