– В общем так, молодежь, не буду грузить вас подробностями, – проговорил он шутливым тоном, – но у нас неплохие шансы вытащить из андроида все, что ему известно. На наше счастье на свете он прожил недолго, можно сказать, у нас новорожденный образец, а потому нейронные связи свежие. Никто из нас не силен в биоинженерии, так что будем привлекать спеца. Из наших. – Кто такие «наши», он не пояснил, лишь спросил: – Алекс, есть возражения?
– Никаких. Все равно база засвечена, а мы свалим в космос, так что почему нет? Одним чужаком больше, одним меньше…
– Я не чужак, – просипел Фишелевич. – Хайро, парень не в курсе?
– Скоро будет, – кивнул тот и посмотрел на парней. – В общем, цирк закончен, можете расходиться. Во избежание… из своих комнат носа не высовывать, это понятно?
Тобиас и Ханг кивнули, а Томоши поклонился.
– Тогда выполняйте. – Хайро посмотрел на меня, на Сергея с Леонидом, нахмурился. – Алекс, разговор у нас с тобой, как я говорил, долгий, а потому решай – сейчас или после того, как ты вернешься из Диса?
– Мне туда можно не спешить, – ответил я. – Успею киркой поработать.
– Хорошо. Тогда предлагаю пойти к тебе.
Все вместе мы поднялись на офицерский этаж. Фишелевич на коляске катил бодро, даже подгонял, ворчал, что создаем заторы. На месте Ханг и Томоши отправились к Тобиасу, чтобы вытащить его из капсулы сразу, как он войдет в Дис. Хайро, узнав, что предстоит сделать парню, вызвал женщину-врача из диких – на тот случай, если ему вдруг снова станет плохо.
– Вкатит успокоительного, если он начнет бузить, – пояснил безопасник, дождавшись, когда парни зайдут к Тобиасу.
В моих апартаментах Сергей тут же принялся хозяйничать: достал из холодильника что-то вроде ветчины, добыл откуда-то лук и банку маринованных огурцов и начал нарезать все это. Фишелевич подкатил к нему и вытащил из морозильника литровую бутылку водки. Хайро посмотрел неодобрительно, но ничего не сказал.
Вообще, мужчины вели себя непринуждённо, словно бывали здесь не раз. Даже вечно хмурый и озабоченный Хайро, глядя, как Фишелевич сноровисто свинчивает крышку с бутылки водки, сначала вроде бы недовольно покачал головой, а после принялся насвистывать что-то легкомысленное, более подобающее карнавалу или вечеринке на пляже. В целом обстановка изменилась, словно с плеч безопасников свалилась гора.
Несколько изумленно понаблюдав за ними, я спросил у Хайро:
– Давно вы знакомы?
– Служили вместе. – Хайро кивнул на диван. – Присаживайся, да и я сяду. Ноги гудят. Староват я для этого дерьма.
– Староваты?
– Все мы, как видишь, немолоды, а омолаживающие процедуры стоят чертовски дорого. Да и хрен с ними.
Со скрипом к нам подкатила коляска Фишелевича. Невольно присмотревшись к ней, я заметил на ободах колес ржавчину. Следом с парой тарелок в руках подошел Сергей Юферов, расставил их на столике. Я заметил, что хлеб выглядит необычно – он был темно-коричневым. Да и ветчина, казалось, состояла из сплошного жира с редкими прожилками мяса.
– Угощайся, Алекс, – сказал пилот. – В американских дистриктах такого хлеба и сала в магазине не купишь.
Юферов все так же молча выудил из ниоткуда три рюмки и набулькал туда водки, которая лилась неспешно, тянулась, как смола.
– Может, сначала поговорим с парнем? – предложил Хайро.
– Вилли не будем дожидаться? – поинтересовался Сергей. – Он вроде как все это и затеял.
– Затеял все это Фишелевич, – не согласился Хайро.
– Я? – искренне удивился пилот.
– Леонид? – удивился я.
– Тридцать лет назад, когда зачищали Венесуэлу, – ответил Хайро. – Ты, я, Вилли, Йоши, Рой и Мария.
– А я? – спросил Сергей. – Я же тоже был.
– Тебя просто не заметили, – непонятно заметил Фишелевич. – Кто ж знал, что ты там за серверами прячешься и подслушиваешь.
– Не прятался я, – хмыкнул Сергей. – Работал. А вам надо было лучше проверять помещение, прежде чем заговор устраивать.
– И как же я все это начал? – спросил пилот. – Колись, Моралес, чего я о себе не знаю? Если мне не изменяет память, а обычно она мне не изменяет, в ту ночь мы всего лишь решали, какой приговор вынести командиру за то, что он сделал.
– Что он сделал? – спросил я, но меня проигнорировали.
– Казнить, – уточнил Сергей. – Вы решили его казнить, причем приговор был тайным.
– А я был против, если помнишь, – сказал Хайро. – Не по-мужски, из-за угла – вот как ты хотел решить вопрос, Фиш.
– За ним была власть, сила и дивизия, – сказал пилот. – А нас было всего шестеро.
– Семеро, – поправил Сергей.
– Семеро, – кивнул Фишелевич. – Ну и?
– И ты был пьян, – сказал Хайро.
– В дрова, – добавил Сергей.
– Было дело, – согласился Фишелевич.
– Тогда ты, сам того не подозревая, раскрыл мне глаза на мир. Вернее, всем нам, но больше всего впечатлился Вилли. Сразу после приговора он вытащил меня в джунгли и рассказал о… – Хайро бросил на меня отрывистый взгляд, отвернулся, буркнул: – Короче, тогда все и началось. И вот наконец пришло время действовать.
– Ты ему веришь? – спросил Сергей.
– Ему? Верю, как и все мы, – ответил Хайро.
– Кому ему? – задал я вопрос. – Кому вы все верите? Вы обо мне говорите?
