Все, откладывать больше нету сил! Знаю, зря я это… Все равно что спуститься в страшный подвал – откуда-нибудь обязательно выскочит психопатка с ножом. Но нездоровая тяга берет верх, и я отправляюсь в кухню.
«Скай-плюс». Вот они, выпуски за четверг, пятницу и сегодня – аккуратненько выстроились в список. Выбираю сегодняшний.
Поначалу кажется, что все обойдется, что я выдержу. Во время вступительного анонса (коллективное интервью с актерами «Золотой молодежи Челси», сюжет о популярности выщипывания бровей с помощью нити) Стэн выглядит каким-то сдувшимся. Неудачная рубашка со слишком короткими рукавами выставляет на всеобщее обозрение чересчур волосатые руки. Ему нужен балласт. Ему нужна
Я не заметила, когда забрезжило
– Лучшие новости… лучшие суждения…
А Инди подхватывает и завершает:
– Лучшая светская хроника!
Вот он, первый шаг – мой напарник уступил кульминационную фразу ей! Покоренный, растаявший Стэн с покровительственным видом доброго дядюшки сидит, закинув ногу на ногу, а Инди слегка на него опирается. Она как-то по-новому собрала волосы. Нет, сделала рваную стрижку. Я безошибочно узнаю волшебную руку Энни – смелая, очень идущая Инди прическа явно войдет в моду. Бинки из «Золотой молодежи Челси» так и пожирает ее глазами.
Рядовой член парламента от партии тори, делающий обзор прессы, так очарован девичьей свежестью новой ведущей, что допускает досадную оплошность – упоминая премьер-министра, называет его «итонским однокорытником», тем самым невольно спровоцировав новый виток нападок на главу правительства за его протекции выпускникам элитного колледжа. Теперь этот ляп разлетится по «Твиттеру», а радионовости «Мир в час дня» уже благополучно раструбили о нем всему свету. Хорошая реклама, ничего не скажешь! Впрочем, Терри всегда именно этого и хотела – чтобы о шоу говорили. Стэн, глядя на проштрафившегося тори, качает головой, но злости или досады в этом жесте нет, лишь печальная укоризна.
– Лучшие новости… лучшие суждения… – говорит он.
– И лучшая светская хроника! – вновь бодро рапортует Инди.
Я знаю, что это такое. Химия. Флюиды. Влечение. То, о чем вечно разглагольствует Стэн.
Выключаю телевизор, и в тишине кухни раздается мой отчаянный стон. Душа взрывается острой болью, словно от электрического разряда, который, попав в мой несчастный организм, никак не может найти из него выход, испепеляя все внутри. Страшное, леденящее прозрение. Испорченная репутация шоу? Справедливые или несправедливые обвинения? Накладка? Недоразумение? Не-е-ет… Это – шанс, тот самый долгожданный шанс для Стэна и его ненаглядной протеже! Возможность вытолкать меня взашей. Никогда я не вернусь в программу… даже если все подозрения с меня снимут… Теперь уже – никогда. Безоговорочный триумф Инди. Я – пережиток прошлого, старая заезженная шарманка… Зачем врать самой себе? От меня мечтали избавиться давным-давно.
«Положительные и отрицательные стороны», – сказала я Джеку. Что я теряю?… И первым делом в голову приходит Стив, мой водитель. Его лицо и милая болтовня, его деликатность, рассказы о жене и дочери… Если всему этому конец, я так никогда и не узнаю, чем кончилось дело с полипом. С полипами! И прошла ли Сэмми собеседование. Мысли о Стиве становятся последней каплей, и я наконец-то заливаюсь слезами…
В ванной наверху брызгаю в лицо водой. На этом лице написано, что оно слишком много повидало, столько всего насмотрелось. Что очень уж долго живет оно на белом свете… Складки между бровями, «гусиные лапки» и морщинки у рта. Крошечная трещина на переднем зубе. Бесстыжие волоски, которые давно пора выщипать. Фиолетовые круги под глазами, которым день ото дня нужно все больше и больше тонального крема. В переводе на высококлассную косметику я обхожусь «Доброму утру» слишком дорого. А прическа… Уродство!
Из стаканчика для зубных щеток выглядывают маникюрные ножницы. Судорожно стискивая их в руках, я с яростным безумием принимаюсь кромсать волосы. Тонкие локоны, извиваясь и сворачиваясь кольцами, бесшумно оседают в раковину, забивая сливное отверстие. Остановиться я не могу.
