«Объясни ей ситуацию, ждите до последнего. Я или Прохор придём к вам раньше».
«Чао».
Саблин очнулся, посмотрел на Прохора осмысленно:
– Я говорил с «братом».
– Я понял.
– Они собрались сматываться из пансионата.
– Ты сказал им?..
– Попросил подождать, пока мы обсудим ситуацию с ДД.
– Я обещал им помочь.
– Вселившись в тело одиннадцатого, я помню. Предлагаю не торопиться и посоветоваться с Дмитрием Дмитриевичем. Возможно, лучше устроить охоту на Охотников у них, а не у нас.
Прохор скептически поджал губы.
– У нас пока тихо, – добавил Саблин, – поэтому чтобы подготовить засаду, придётся каким-то образом выманить Охотников в Москву или Суздаль. А там они уже подбираются к нашим «родственникам».
С последним доводом трудно было не согласиться, хотя Прохор подумал, что они в этом случае рискуют меньше, чем «родичи» из одиннадцатого числомира.
Дмитрий Дмитриевич заявился в семь часов вечера. От предложенного Устиньей ужина он отказался и сразу увлёк гостей в свой кабинет. Кивнул на диванчик:
– Садитесь, времени у меня, как всегда, мало, это, – он ткнул пальцем себе в грудь, – всего лишь одолженный носитель, так сказать, транспортное средство, о чём оно, кстати, не догадывается, отчего я ему сочувствую, но изменить ничего не могу, поэтому примемся сразу за дело. Новости есть?
– Меня навещал «брат», – сказал Саблин.
– Одиннадцатый? – мгновенно сориентировался Дмитрий Дмитриевич. – Что у них происходит? То есть – у нас? Я тоже оттуда, как вы понимаете, хотя в настоящее время и не живу в Суздале.
– Охотники обложили «Марьин остров». Наши ребята хотят уйти в горы. Я предложил им подождать с отъездом, пока мы не поговорим с вами.
– Пусть уходят.
Саблин вопрошающе посмотрел на Прохора.
– Есть идея устроить засаду именно там, в пансионате. Если только вы говорили об этом серьёзно.
– Более чем. До сих пор я барахтался в этом кипящем вареве практически один, не помышляя об ответных мерах, теперь вместе мы можем организовать активное сопротивление и освободиться от преследования. Здесь нас четверо, плюс в одиннадцатом превалитете двое, плюс их связи и возможности привлечь подготовленных профи.
– Но они… там, – показал пальцем в потолок Прохор, – а мы здесь. Как мы сможем им помочь?
– Вот об этом и поговорим. – Дмитрий Дмитриевич скрылся в кабинете, через минуту вернулся, неся в руках картонную коробку. – Это вам.
Он открыл коробку, протянул Прохору.
Саблин и Устинья подсели ближе.
В коробке лежали миниатюрные ажурные многогранники, собранные из стеклянных стерженьков и серебряных вставок.
– Эргионы? – вытащил один из многогранников Прохор. – Я сделал себе один, по совету одиннадцатого. Помогает концентрировать внимание на вхождении в изменённое состояние сознания.
– Не только, эргион ещё гармонизирует биополя, формирует поток сознания, улучшает энергетику организма, а главное – работает как психотронный генератор.
Взгляды всех троих скрестились на твёрдом, как гранитная плита, лице Дмитрия Дмитриевича.
Он ответил им пытливым взглядом.
– Похоже, вы этого не знали.
– В голову не приходило, – признался ошеломлённый Прохор. – Мой «братец» ничего мне об этом не говорил.
– Скорее всего, не знал и он.
– Но ведь психотронный генератор это… – начал Саблин.
– Оружие, – кивнул Дмитрий Дмитриевич. – Спин-торсионный излучатель. С его помощью можно подавить волю человека или внушить ему любой сценарий действий, любой приказ, сменить базовое знание личности и тому подобное. Именно эргионы помогают Охотникам вселяться в других людей. Кстати, эргион можно назвать формотроном, а по сути он – меркаба в миниатюре. Знаете, что это такое?
– Меркаба… что-то связанное с эзотерикой и мистикой, – проговорила Устинья, виновато сморщила носик. – Я где-то читала.
– Термин «меркаба» рождён древнеегипетскими словами «мер» – «свет», «ка» – «дух», «ба» – «тело», и означает «световое тело» человека в форме звёздного тетраэдра, позволяющее перемещаться в пространстве-времени. По другим источникам, меркаба – «небесная колесница», что тоже близко к истине. Она бывает природная и техническая, исполненная по определённым лекалам. Между прочим, первую техническую меркабу, – Дмитрий Дмитриевич усмехнулся, – создал, по преданиям, Люцифер.
Саблин сдвинул брови, повертел в пальцах многогранник, перевёл взгляд на Прохора:
– Значит, он родственник Люцифера?
Дмитрий Дмитриевич засмеялся.
– Все мы его родственники. Если враг человечества пользуется придуманным им оружием, почему мы не можем воспользоваться этим оружием в борьбе с ним?
– По этическим соображениям.
– Что ж, в таком случае мы уже проиграли.
– Я не говорил, что отказываюсь пользоваться… меркабой.
Дмитрий Дмитриевич остро и испытующе посмотрел на каждого из гостей.
