Гости протиснулись вперёд, дверца за ними закрылась сама собой.
– Что это? – осведомился Марик.
– Программно-аппаратный комплекс «Заложник», – ответил Мясоедов. – Используется как военными при захвате террористов, так и гражданскими службами для создания трёхмерных планов зданий, вообще любых объектов и местности. Этот с военными не связан, служит для контроля коммуникаций строящихся сооружений. Мне его дали по дружбе. – Мясоедов хмыкнул. – Приятель носителя (палец очертил окружность у груди) работает в муниципальном объединении строительных структур, он и разрешил мне попользоваться.
Мясоедов подошёл к оператору, сидевшему возле самого большого, зеленовато светящегося 3D-экрана.
– Саша, покажи.
Внутри почти метровой высоты светового куба возникло сооружение, отдалённо напоминающее вытянутый вверх купол какого-то собора.
– Планетарий, – сказал Мясоедов. – Звёзды никому не нужны, поэтому его и перестраивают. Мы использовали инженерные базы данных строителей и космические фотоснимки, к которым получили доступ. Кроме того использовали электромагнитный сканер для поиска трещин в газопроводах. Теперь у нас есть подробный план всех помещений планетария. Узилище, то есть директор планетария Прохориил Смирдающий, скорее всего, располагается в его личном кабинете на первом этаже главного корпуса.
В зеленоватой толще перекрытий и комнат здания загорелся красный огонёк.
– Вот он. Охраняют его скрытно, чтобы не возбуждать интерес у строителей, вот здесь, здесь и здесь.
Вокруг помещения с красной звёздочкой разгорелись четыре оранжевых огонька.
– Думаю, охранники вооружены и держат связь между собой, поэтому и нам придётся вооружиться. Кроме того, в момент атаки мы предполагаем включить радиоглушилку, чтобы охрана не смогла переговариваться и предупреждать друг друга. Подходы к пунктам охраны изучены, на этом плане они просто обозначены.
Загорелись жёлтые стрелочки, указывающие на лестницы, коридоры и окна помещений.
– Подробные карты – на других мониторах. – Мясоедов кивнул на сидящих в кабине операторов. – У нас будет время их изучить. Теперь о распределении сил. Со мной три профи, бывшие кадровые спецназовцы, уволенные по состоянию здоровья после ранений. Я тоже пойду, как бывший морской пехотинец. Мы возьмём на себя два из четырёх бункеров охраны. Остаются ещё два.
Марик и Саблевецкий переглянулись.
– Оба наши, – сказал Саблин.
– Но вас всего двое.
– Я пойду с ними, – заявила Кисюня-Юстина.
Мясоедов посмотрел на неё с сомнением:
– Это не прогулка по парку.
– Мы говорили на эту тему, – напомнил Саблин. – В своей реальности она командир группы спецназа.
– Хорошо, только придётся переодеться.
– К сожалению, у нас с собой ничего…
– Есть у меня. – Мясоедов повернул голову к крайнему оператору: – Володя, достань шмотки.
Оператор пошарил рукой за стеночкой слева от себя, вытащил большую сумку.
– Разбирайте комбезы и берцы, – сказал Мясоедов. – Мы давно готовились к операции, вот и возим с собой. А с оружием хуже. У нас только два ствола с глушаками.
– У моей команды телохранов есть пистолеты, – вспомнил Марик, – лицензированные, но без глушителей.
– Шум поднимать нельзя, кто-нибудь услышит, вызовет полицию, и пиши пропало. Хорошо бы вообще обойтись без стрельбы. Я очень надеюсь, что в этом превалитете спецслужбы не работают на Владык, и они здесь опираются не на профи, а на любителей. Чёрт, как же вы поспешили с Прохором! Сейчас спокойно организовали бы наблюдение, разработали подетальный план захвата Узилища… а теперь вынуждены идти в атаку без какой-либо поддержки.
– Никто из нас не спешил, – хмуро сказал Марик-Данияр. – Прохор сам решил пойти в разведку.
– Мне казалось, что он не такой рисковый, как одиннадцатый.
– В том-то и загвоздка, что он действительно не такой, намного мягче, флегматичнее, рефлексивнее, а тут вдруг взял и… бросился грудью на амбразуру! Сам не понимаю, что на него нашло. Может, хотел стать похожим на одиннадцатого?
– Нет смысла обсуждать его поведение, – непререкаемым тоном сказала Кисюня-Юстина, брезгливо вытаскивая из сумки комбинезон. – Что сделано, то сделано. Отвернитесь.
Мужчины посмотрели друг на друга, послушно повернулись к ней спинами. Один из операторов кинул на девушку восхищённо-заинтересованный взгляд, Мясоедов показал ему кулак, и оператор поспешно отвернулся.
Подождали.
– Готово. – Кисюня похлопала себя по бокам, погладила плечи. – Великовато, но сгодится.
Было видно, что ношение спецкостюма для неё не является чем-то особенным и у неё большая практика.
Начали переодеваться и Саблин с Мариком.
– Кто пойдёт с вами? – спросил Мясоедов, глянув на Марика.
– Возьму двух телохранов, оба служили в десанте, хорошо обучены.
– Сможете объяснить, что нужно делать?
– Без проблем.
– Тогда изучайте сканы планетария.
Разбились на пары, встали за спинами операторов и приникли к экранам мониторов.
Полчаса ушло на изучение переходов и помещений в главном корпусе планетария.
– Всё поняли, повторять не нужно? – спросил Мясоедов, несколько раз говоривший с кем-то по мобильному.
– Нет, – ответил за всех Саблевецкий-Саблин.
