Прохор-9 работал учителем геометрии в гимназии и делал свою работу с таким изяществом и теплотой, что у «родича» слюнки потекли. Судя по реакции класса (как раз шёл урок), учителя своего ученики просто обожали.
В десятом Ф-превалитете Прохор Смирнов оказался известным художником и жил не в Суздале, а в Москве. У него даже была собственная художественная галерея. Картины разглядеть не удалось, хотя путешественник вышел в пси-сфере «родича» в тот момент, когда тот работал в мастерской. Художник тоже был очень чувствительным человеком и начал прислушиваться к «шуму» в голове, после чего Прохор понял, что его маскировка даёт сбои. Ему ещё не хватало опыта выходить в пси-сферы других Прохоров бесшумно, что-то настораживало их, заставляло искать причины «хруста» в голове.
Тем не менее останавливаться на отдых и возвращаться он не стал, полагая, что надо попытаться решить за один поход как можно больше проблем.
В одиннадцатом превалитете жил Прохор-11, с которого и началось знакомство второго Прохора с устройством Мироздания.
Прохор рассчитывал сразу перейти в двенадцатый числомир, так как хозяин одиннадцатой пси-сферы в данный момент отсутствовал, но взыграло любопытство. Захотелось «одним глазком» посмотреть на обстановку пансионата на Алтае, где в настоящее время находилось тело Прохора-11, и на людей, его окружавших.
«Выпадение» в «пустой» голове «родича» было сродни падению в тесную холодную яму с небольшой высоты.
Прохора сдавило со всех сторон, он ахнул, открывая глаза и выдыхая застрявший в лёгких воздух, подхватился на кровати, как разбуженный внезапно человек, упёрся руками в накрытое простынёй ложе.
Он лежал в просторной комнате, стены которой были обиты янтарно отсвечивающими деревянными планками. В окно и открытую дверь была видна веранда, столбы которой и перекрытия были сделаны из круглых гладких брёвен. Ветерок шевелил занавески на окне и двери.
Пахло удивительной свежестью и травами.
У изголовья на тумбочке стояли стаканы и графин с водой.
В комнате никого не было.
Но стоило ему шевельнуться, как в дверь, ведущую в соседнюю комнату (он догадался – это был гостиничный номер), выглянула девушка. Она была так похожа и одновременно не похожа на Устинью: другая причёска, другой костюм, другая манера держаться, – что Прохор едва не вскрикнул.
– Очнулся! – удивлённо и недоверчиво проговорила она; голос девушки напоминал голос Устиньи, но в нём прозвучали и незнакомые интонации.
В комнату ворвался черноволосый смуглолицый мужчина. Это был Саблин, но Саблин другой, одетый в серо-белые холщовые штаны и такую же рубашку. У «родного» Саблина такой одежды не водилось.
– Вернулся?!
Прохор, чувствуя себя обманщиком, попытался улыбнуться.
– Не подскажете, куда я попал?
Девушка, похожая на Устинью (Юстина, вспомнил он имя подруги Прохора-11), пристально вгляделась в его лицо.
– Какой ты… странный.
– Прошу прощения, – виноватым тоном продолжил Прохор. – Я не думал застать…
– Эй, очнись! – помотал перед его носом палец Саблин. – Ты дома, всё в порядке.
– Это не он, – отступила Юстина.
– То есть как не… – начал Саблин, умолкая. – Холера ясная! В него вселили…
– Вы не так поняли, – перебил его Прохор тем же виноватым голосом. – Никого в вашего… в меня не вселяли. Я из другого числомира.
Юстина, продолжая внимательно рассматривать лицо «переселенца», усмехнулась.
– Это заметно.
– Что заметно? – посмотрел на неё Саблин, провёл ладонью по лбу. – Ох, ну конечно! Я полный идиот! Ты… вы – Прохор из второго превалитета?
Прохор спустил ноги с кровати. Тело Прохора-11 было мускулистей и суше, чем его родное, не привыкшее к длительным физическим нагрузкам, поэтому всё время казалось, будто оно «жмёт», как тесный костюм.
– Можно водички?
Саблин метнулся к тумбочке, налил воды в стакан, подал.
Прохор жадно выпил весь стакан, удивлённо глянул на него на просвет.
– Вкусная… минералка?
– Местная.
– В общем, мне всё рассказал Дан… э-э, ваш двойник…
– Клон родовой линии.
– Как? Клон? Удачное название… Короче, я теперь ищу вашего Прохора по всем превалитетам. Просмотрел пси-сферы живущих Смирновых в числомирах Первоцифр, но там его не было.
– Он ищет ДД в экзотических числомирах. Знаете, кто такой ДД?
– Дмитрий Дмитриевич, его учитель. Но до экзотических миров мне ещё далеко, буду идти от одного превалитета к другому, пока что-нибудь не узнаю. Ведь неизвестно, куда именно он направился.
– Я бы рекомендовал сначала посетить именно экзоты, – сказал Саблин, отбирая у него стакан.
Прохор покраснел.
Видимо, для Юстины эта реакция оказалась неожиданной, потому что брови её подпрыгнули, в глазах просияло удивление, сменившееся интересом.
– Я ведь ещё учусь, – смущённо сказал Прохор. – Чуть освоюсь и тогда уже рискну нырять глубже.
– Да, вы не он, – задумчиво проговорила девушка. – Прохор так… наш Прохор так не разговаривает.
– Извините…
– Это вы нас извините.
– Вы очень похожи на мою… знакомую, но не полностью.
