Увы, новая попытка закончилась точно так же, как и предыдущая. И ещё одна… Вивиан погиб в Тёмном измерении. Это уже точно была не случайность. Кристалл не хотел выпускать великого понтифика Помпей из своих лап. Нужно было что-то менять в плане.
«Тёмное измерение не принимает его. Я такого даже в страшных снах вообразить не мог! Что ж, если нам нельзя там быть, то мы останемся в этом времени. А вскоре я найду выход и воссоединю нашу семью». После недолгих размышлений план по спасению отца был немного изменён, и Максимиллиан решил использовать восточные ворота Помпей. Очередной побег от стихии завершился гораздо успешнее, чем предыдущие. Всё шло, как раньше, но на этот раз огненные потоки не застали жреца и его сына врасплох. Они благополучно покинули город и успели отъехать от него на значительное расстояние, прежде чем огонь и лава похоронили его в своей пучине.
– У нас получилось, отец! – остановив колесницу, Максимиллиан повернулся к Вивиану, стоящему сзади.
Великий понтифик Помпей смотрел на сына, но не выражал особой радости от их успеха.
– Отец? Что с тобой? – Макс понял, что Вивиан смотрит даже не на него, а куда-то мимо. Он, словно стал куклой, похожей на живого человека. – Отец!
Парень спрыгнул с колесницы, вновь не вызвав никакой реакции отца, и потащил того за руки следом за собой. Вивиан повиновался. Но когда Макс отошел в сторону великий понтифик продолжил идти, пялясь в никуда.
Все попытки привести Вивиана в чувство не увенчались успехом – тот вёл себя словно болванчик, словно лист дерева на ветру. Натыкаясь на преграду, поворачивал и продолжал идти в другом направлении.
– Нет! Нет! Стой! Иди на голос! Отец!!! – никакие слова не могли вернуть во взгляд жреца жизнь.
Кристалл вновь перехитрил темпорара.
– Как бы не так! – в сердцах вскричал Макс и, схватив Вивиана, нырнул в Тёмное измерение. Он знал, что обрекает отца на смерть, но то, что происходило сейчас было во сто крат хуже.
На этот раз глаза Максимиллиана привыкали к темноте дольше, и он уже рассчитывал увидеть иссохшее тело жреца на земле. Но каково же было его удивление, когда Вивиан предстал перед ним живой, невредимый, улыбающийся, с осмысленным взглядом, хоть и слегка подсвеченным жутковатым оранжевым цветом, как у Кристалла.
– Всё-таки у тебя получилось, Макс, – тихо проговорил великий понтифика Помпей.
– Отец! Ты жив! Ты разговариваешь! Ты… ты… – Макс заключил старика в объятьях, не в силах совладать с эмоциями.
– Да, сын, – Вивиан мягко высвободился из объятий. – Только все это продлится недолго. Мне очень жаль…
– Как недолго? Почему? – темпорар пока в полной мере не осознавал, что говорит его отец.
Вивиан по-простецки уселся на землю, приглашая Макса последовать его примеру.
– Это наша последняя встреча, сын. Больше ни у тебя, ни у меня не будет попыток вернуться в Помпеи.
Максимиллиан опустился на землю рядом с отцом да так и замер, словно люди под слоем застывшей магмы, которых найдут в Помпеях через несколько столетий. Не в силах что-нибудь сказать, он лишь ошалело смотрел на отца. А тот, тем временем, продолжал:
– Я сейчас лишь отчасти твой отец. Мою жизнь поддерживает Кристалл. Он решил дать нам шанс проститься, несмотря на все ограничения. Поэтому я отвечу на несколько твоих вопросов, а потом нам придётся распрощаться навсегда.
– Но… Как?.. Почему? Мы же… Я… – столько мыслей роилось в голове темпорара. Столько вопросов… Не осталось даже места для скорби и бессильной злобы на весь мир. Хотя последнее, скорее всего, произошло, благодаря воздействию артефакта.
– Это было условие создания Кристалла, про которые меня никто не предупредил. Я должен отдать ему свою жизнь, стать заложником одного дня на веки. Сейчас я помню каждый день, что пережил. И каждый был для меня последним. Но я все забуду, как только покину Тёмное измерение. Буду помнить только четыреста дней до возрождения Кристалла. Четыреста дней извержений. И каждый последующий день я буду вручать тебе Кристалл и погибать в потоке Лавы. Каждый день, что ты проживёшь на этой Земле.
– Но… Это несправедливо! – вскричал Максимиллиан. – Тогда я отказываюсь от него!
– Нет, сын, – строго, как в былые времена, возразил Вивиан. – Не для того я создавал Кристалл, чтобы придать все забвению. Ты проживёшь долгую счастливую жизнь. Гораздо более долгую, чем отмерено смертным. Пожалуйста, не потрать её впустую.
– Но как же я без тебя? – Максимиллиан опустил голову.
– Ты прекрасно справлялся до этого. У тебя есть возможность создать свою семью и наслаждаться жизнью без старости, помни об этом.
Прошло несколько секунд, прежде чем Вивиан вновь заговорил.
– Кристалл может влиять на твою душу и твоё сознание. Не поддавайся. Пока твоя цель благородна, ты останешься самим собой…
– Чтобы его использовать, нужна жертва, – тихо сказал Макс. – Как я останусь самим собой?
