Вне закона полностью

— Уже иду, сладенькая, — ответил Ла Тур и посмотрел на Тола: — Черт, раз уж ты здесь, заходи. Пообедай с нами. Я жарю отличные бургеры.

Тол обдумывал предложение, но взгляд его притягивал рисунок с Землей, Луной, символами бесконечности.

— Спасибо, но я пас. Поеду в офис, хочу немного поработать. Все эти материалы, которые мы забрали из фонда… надо бы просмотреть их еще разок.

— Как скажешь, Эйнштейн. — Он уже открыл дверь, потом повернулся: — Еще разок, говоришь?

— Еще разок, — согласился Тол.

Ла Тур переступил порог, дверь захлопнулась.

Лоренс Блок

Есть два типа стилистов: снобы, которые хотят, чтобы их хвалили за каждую удачную фразу, и те, кто, написав красивую фразу, спокойно продолжают рассказывать историю. Лоренс Блок — из последних. Даже в начале своей литературной карьеры, когда он с невероятной скоростью выдавал одну книгу за другой, ему удавалось привносить элегантность и тонкий вкус во все свои произведения, живо, с иронией описывая своих персонажей и их взаимоотношения. Его трудолюбие принесло плоды, и он по праву считается одним из лучших мастеров детективного жанра нашего времени.

Блок создал две серии романов-бестселлеров — «мрачную», о Мэтте Скаддере («Восемь миллионов способов умереть», «Дьявол знает, что ты мертв» и «Танец на бойне», получивший премию Эдгара По) и «юмористическую», о Берни Роденбарре («Взломщик, который думал, что он — Богарт» и «Взломщик, который продавал Теда Уильямса»). Блок, кроме того, признанный автор рассказов. Неудивительно, что Гильдия писателей-детективщиков провозгласила его одним из Великих мастеров. В последнее время он занимается составлением антологий и уже опубликовал семь блестящих сборников: «Выбор мастера» (тт. 1 и 2), «Первый рассказ» (тт. 1 и 2), «Поговорим о похоти» и «Поговорим о жадности», «Кровь на твоих руках». Его последние романы — «Маленький город», своеобразная ода Нью-Йорку после одиннадцатого сентября и «Взломщик на охоте» — продолжение серии о Берни Роденбарре.

Келлер, дожидаясь, пока красный свет сменится зеленым, размышлял о том, что случилось с миром. Проблема не в светофорах. Светофоры появились в стародавние времена, задолго до его рождения. Светофоры, предположил Келлер, существовали примерно столько же времени, сколько и автомобили, хотя автомобили, конечно же, появились раньше. Именно их появление привело к изобретению светофоров. Поначалу автомобили обходились без них, но потом машин стало так много… они начали сталкиваться друг с другом, и кто-то решил, что необходима некая форма контроля, некое устройство, которое будет останавливать автомобили, движущиеся с востока на запад, и наоборот, чтобы пропустить те, что ехали на север и на юг, а потом остановить вторых, чтобы первые могли проследовать дальше.

Он словно наяву представил, как возмущались первые автомобилисты, когда на дорогах появились светофоры.

«Весь мир катится в ад. У нас постоянно отнимают наши права. Красный свет включается, потому что какой-то чертов таймер говорит этой штуковине, что нужно включить красный свет, а человек должен бросать все свои дела и жать на педаль тормоза. И пусть даже в радиусе пятидесяти миль нет ни одного автомобиля, он должен остановиться и стоять как чертов дурак, пока красный свет не сменится зеленым, указывающим, что можно ехать дальше. Да кому захочется жить в такой стране? Кто захочет, чтобы его дети жили в мире, где творятся такие безобразия?»