А потом она ушла, и остался только тонкий цветочный запах да теплое чувство, поднимающееся откуда-то из глубины Гриффинова сердца. Он чувствовал вопросительные взгляды мальчиков, но сел на свое место молча, решив подождать их реакции. Джона снова занялся едой, а Сэм и Джек обменялись лукавыми взглядами. Первым заговорит Джек, подумал Гриффин. Это в его натуре выскакивать первым. Он затаил дыхание и ждал.
Ждать пришлось недолго.
Уставившись ему прямо в глаза, Джек спросил:
- Тебе нравится моя мама? Гриффин кивнул.
- Да, нравится.
- Собираешься жениться на ней? Вилка застыла на полпути ко рту, и сироп потек на скатерть. Нда, этого вопроса он не ожидал.
Явно недооценил силу мальчишеского любопытства.
- Гм... - начал он.
- Что? - спросил Джек.
Гриффин вспомнил, как, будучи подростком, был подвергнут однажды неким озабоченным отцом допросу третьей степени, прежде чем получил разрешение встречаться с его дочерью. Никогда он не чувствовал себя уверенно с семьями девушек. И теперь, глядя в глаза веснушчатого восьмилетки, сидящего напротив, чувствовал, как взмокли ладони.
- Потому что маме ты тоже нравишься, - продолжал Джек. - Точно говорю. Я думаю, тебе надо на ней жениться.
- Она не очень хорошо готовит, - покровительственно добавил Сэм, - зато вполне хорошенькая.
- И бейсбол любит, - сказал Джек.
- И баскетбол.
- И хоккей.
- И вообще с ней интересно.
- И "сникерсы" на День Всех Святых покупает.
- И, - заключил Сэм в качестве самого решительного довода, - она может разрешить щенка, если целый год будешь держать свою комнату в порядке.
Гриффин смотрел на мальчуганов и спрашивал, каким чертом его занесло в такую ситуацию.
- Ну что ж, ребята, - начал он и помедлил. - Мама у вас что надо. Она мне очень нравится. Но я не уверен, что...
Телефонный звонок был чудом, дарованным всемилостивейшими небесами. Гриффин одним прыжком очутился у аппарата, сорвал трубку, рявкнул благодарное "Алло?" и нахмурился, потому что ответа не последовало.
- Алло? - повторил он.
- Алло? - ответили с другого конца. Судя по голосу, говорившая была на пороге смерти. - Я звоню Саре Гринлиф.
- Это квартира Гринлиф, - сказал он. - Сара ушла на работу. Я остался с детьми до прихода няни.
- А я и есть няня. Дана Макафи, - сообщила женщина. - Я звоню Саре сказать, что не смогу сегодня прийти.
- Что?
- Мне очень жаль. Я свалилась от чего-то совершенно ужасного и, несомненно, очень заразного. Не думаю, что в таком состоянии мне стоит сидеть с мальчиками.
- Я понимаю.
- Надеюсь, из-за меня у вас не будет проблем?
- Что вы, какие проблемы, - сказал Гриффин, размышляя, что теперь делать.
- Пожалуйста, передайте Саре мои извинения.
- Непременно. Надеюсь, вам скоро станет лучше, - запоздало добавил он, прежде чем повесить трубку.
И что же? Он понятия не имел, когда вернется Сара, и не мог оставить трех восьмилетних мальчишек одних на весь день. Или оставить? Нет, конечно. Даже если они будут просто играть неподалеку от дома, здесь должен оставаться кто-нибудь на случай, если они поранятся или натворят чего-нибудь. Тут Гриффин начал осознавать ситуацию по-настоящему. Что, если кто-то из них серьезно поранится? Он поежился от страха.
- Кто это был? - спросил Джек.
- Миссис Макафи, - сказал Гриффин. - Она заболела, не сможет прийти сегодня.
- Урааааааа! - раздался оглушительный вопль, и ему пришлось прятать улыбку.
- Нельзя радоваться, когда кто-то болеет, - сказал он мальчикам. - Не очень это хорошо.
Они погрустнели, но не слишком.
Он вздохнул, видя только одно решение проблемы.
- Так что думаю, быть мне с вами весь день. И что же вы, джентльмены, хотите делать?
Чего ради он произвел себя в няньки при младенцах, Гриффин не понимал. Ясно, что Стоуни и сержант не придут в восторг от этого однодневного отпуска по уходу за тремя малышами. Впрочем, дело с "Джервал" почти распутано. Стоуни сам справится с увязыванием последних концов, так что завтра они, вероятно, смогут обратиться за санкцией на аресты. Мысль о том, что ему придется арестовать дядю двоих из мальчиков - не говоря уже, что это брат женщины, связать с которой свою дальнейшую жизнь казалось ему таким естественным, была не из приятных, и Гриффин постарался отодвинуть ее подальше. Гораздо приятнее и актуальнее - сосредоточиться на троих малолетках, выжидающе взиравших на него.
- Ну? - сказал он. - Что же?
Он видел обмен взглядами, а потом три совершенно одинаковые улыбки, одновременно расплывшиеся на хитрых рожицах. Гриффин улыбнулся в ответ, но почему-то ощутил некоторую тревогу. Что-то в этих улыбках было...
- "Огненный шквал"! - хором выпалили мальчики.
- "Огненный шквал"? - переспросил Гриффин. - Это еще что за штука?
Джек небрежно пожал плечами.
- Так, просто киношка.
Гриффин вздохнул с облегчением. Он боялся, что имеется в виду какой-то новый опасный аттракцион в луна-парке.
- А, ну ладно, - сказал он. - Идем смотреть "Огненный шквал".
- Да! - завопили мальчишки так, что зазвенела посуда в шкафу.
