Придвинув свой стул, я уже уселся с компанией. Колян ловко плеснул в каждый из стаканов, сказав попутно:
– Нет шобы пить как люди, рюмками, так одни стаканы тут у них. Ладно, давай за твою удачу, за то, шо дошел! – Он поднял стакан, чокнулся со мной, остальные тоже вполне доброжелательно присоединились, даже женщина, скромно улыбнувшись, подняла что-то цвета клюквенного морса. – О, Петя, ты же сейчас при бабках, так? Купи хорошую вещь, зависла, понимаешь, отдам дешево.
– Колян, не грузи человека, ему щас не до твоих железяк, – засмеялся Семен. – Не слушай его, он, кроме как за торговлю свою, больше ни о чем не может.
– А что за вещь хоть? – спросил я из чистого любопытства.
– Видишь? А ему интересно, может быть, шо ты его обламываешь? – Колян обернулся снова ко мне: – Считай, что оружейная мастерская, машинка там для снарядки патронов, гильз несколько ящиков, капсюля, инструмент всякий – до черта всего. Я это все заказал для мужика одного из Батлера, он там вроде как ган-шоп там хотел открыть, да не свезло – грохнул его кто-то недавно, прямо дома. А я с товаром завис. За штуку все разом отдам.
– Да мы у нас поспрашиваем, сдадим твою мастерскую, – вмешался Юра. – Возьмет кто-нибудь.
– А зачем кто-нибудь? – Я даже почувствовал, как волосы на затылке зашевелились.
Планировал кто-то оружейный открыть и не открыл? Новый город, где у всех дела быстро идут? И это все первым узнаю я, человек, для которого это профессия? И после этого предлагается не верить в судьбу и всякое такое?
– А шо? – снова уставился на меня Колян.
– Я и возьму. Если потом до этого самого Батлер-Крика поможете добраться.
– Та не вопрос, – развел он руками. – Завтра с утра милости просим на шаланду, товар смотреть. Там еще всякого есть, порох и другое, если захочешь. Ладно, давай обмоем. – Он, словно спохватившись, снова взялся за бутылку.
Набрались изрядно, почти в хлам. Компания, как оказалось, жила в том же отеле, так что в баню пошли вместе, разве что без азиатки, и там тоже очень много пили. Знаю, что не полезно, но очень хотелось. Даже пели хором, пока из окон гостиницы не начали сначала орать, а потом не пригрозили открыть пальбу прямо по бане. Мы, чтобы в своих глазах трусами не выглядеть, пригрозили начать отстреливаться, но петь прекратили. Я потом в номер пошел, спать, равно как и Юра, странно выглядевший вполне трезвым, а Колян с Семеном потопали обратно в салун, на «пару кругов на рулетке», с их слов, но я почему-то был уверен, что собрались они в бордель.
Уснул как убитый, задвинув дверь на засов, чтобы враги не проникли, и положив под руку «вакеро», но думаю, что если бы они выломали дверь или даже стены с потолком, я бы все равно не услышал. Клопы, кажется, ночью тоже не кусали, но это уже без гарантий. Могли и волки кусать, все равно бы не почувствовал.
С утра я ощущал себя мятым и тяжело похмельным – намешал вчера. Попутно вспомнил, что так и не купил вчера зубную щетку, а можжевеловых палочек тут тоже под рукой не было. Поэтому долго полоскал рот, потер как-то зубы пальцем, полюбовался в зеркало на заметно опухшую небритую рожу с красными глазами. Точно, никаких сомнений ни у кого не возникнет по поводу того, как у меня вчера вечер прошел. Ну и ощущения это подтверждают с каждым движением. И рупь за сто – выхлоп от меня такой должен быть, что мухи на лету дохнут.
Затем вспомнил про оплаченный завтрак, кое-как, но быстро собрался и пошел вниз, потому что жрать захотелось как-то сразу и очень сильно. И без особого удивления обнаружил в отельном «дайнере» всю вчерашнюю компанию, только без женщины на этот раз. Вид у них был не краше моего, разве что исключая Юру, он был вполне в норме, а перед каждым из компании стояло по стакану томатного, кажется, соку. Или это «красное пиво» – классическое американское похмельное средство из томатного сока и как раз самого пива?
В дайнере – простеньком, деревянном и даже, кажется, еще деревом и пахнущем – было людно и шумно. Похоже, что постояльцев в отеле хватало, а может, и еще кто-то ходит сюда завтракать. Почему нет? Мои новые компаньоны оккупировали дальнюю от входа кабинку с шестиместным столом, сейчас уставленным тарелками. Все радостно поприветствовали меня, вошедшего, и я плюхнулся на стул рядом с Коляном.
– Это что у тебя? – первым делом спросил я его, указав на стакан.
– Голову лечу. – Он даже пальцем постучал себе по лбу, чтобы я, видимо, не перепутал, где у него голова. – Хочешь?
– Понятное дело, а то ведь сдохну сейчас, – ответил я со всей доступной искренностью.
Голова и вправду трещала. Хоть опохмелка и худшее из зол, но будем считать, что сегодня тоже повод есть. Как следствие повода вчерашнего.
– Тебе просто с пивом или сказать, шобы водочки тоже плеснул? Или просто с водочкой? А? – проявил Колян заботу.
– А у тебя с чем?
– Та у меня «Блядская Машка» там, – гыгыкнул Колян, поболтав жидкостью в стакане. – Очень помогает от головы.
– «Bloody Mary», что ли?
– Она самая, – кивнул он с довольным видом.
– Я лучше с пивом, – решил я с утра таких подвигов не совершать.
