— Любить его, пока он меня любит, — сказала Уиллоу. — Если он мне позволит, — добавила она, не зная, позволит ли он, видя ее реакцию этим вечером.
— А потом?
Уиллоу беспомощно взглянула на Марису.
— Продолжать его любить, я думаю.
Мариса не могла сдержать вздоха.
— А я-то приехала к вам за помощью.
Уиллоу сразу же повернулась к ней с озабоченным видом.
— Что-то неладно?
— Салливэн.
Уиллоу покачала головой.
— Упрямится, как всегда.
— Я только что сделала ему предложение.
— И что случилось?
— Он сказал, что я слишком хороша, чтобы на мне жениться.
Уиллоу улыбнулась.
— Вряд ли он это имел в виду. Что именно он сказал?
— Что он меня очень высоко ценит, а если бы не ценил, то женился бы, не раздумывая.
— Идиот, — заметила Уиллоу.
— Не правда, — с негодованием возразила Мариса.
— Нет, конечно нет. Он просто упрямый, как еще один, кого я знаю. Должно быть, это чисто мужская черта.
— Вы и сами упрямы-таки, — хихикая, сказала Мариса. Они посмотрели одна на другую и расхохотались.
— И что же мне теперь делать? — спросила Мариса, когда их веселье поутихло.
— Наберитесь терпения. Я видела, как Салливэн смотрит на вас. Думаю, в глубине сознания он ждет, пока вы подрастете и точно решите, чего вам хочется.
— Я знаю, чего хочу.
Улыбка на лице Уиллоу чуть померкла. И она изучающе взглянула на Марису.
— Вы уверены, совершенно уверены? Быть женой доктора не просто.
Мариса остановилась.
— Так же как и дочерью Алекса Ньютона. Теперь я ненавижу этот городишко. Я ненавижу этих… наемников. Ненавижу, что происходит с моим отцом и со всей округой.
Уиллоу невольно съежилась от силы этих слов.
— Хотите перебраться ко мне? Здесь мало места, и это может оказаться опасным, но…
Мариса положила ладонь на руку Уиллоу.
— Спасибо, но боюсь, что так вышло бы только хуже для вас.
— Не думаю, что может быть еще хуже, — ответила Уиллоу.
— И кроме того, я могу попробовать убедить отца.
— Но вы только что сказали…
— Не думаю, что сейчас кому-то это удастся, Уиллоу. Он как будто с ума сошел. Для него ничто не имеет значения, кроме этого ранчо и разорения мистера Морроу. Но я — единственная, кто может попробовать.
Уиллоу покачала головой.
— Вы всегда были хорошим другом, Мариса.
— Не больше, чем вы. Если мой отец что-то предпримет, я постараюсь вас предупредить. Я не позволю ему нанести вред вам или детям.
— Теперь у нас есть Лобо.
— А вы не подумали, что он может оказаться искрой, от которой все вспыхнет?
— Он сам ничего не будет затевать, Мариса. Он здесь только чтобы защищать маленьких. Он… он как будто очень заботлив к детям.
— И к вам, — сказала Мариса.
Уиллоу не ответила, но даже в мягком сиянии луны было видно, как она покраснела.
— Мне пора возвращаться, — сказала Мариса, — спасибо, что выслушали.
— Салливэн одумается.
— А ваш Лобо?
Уиллоу медленно покачала головой. Может, на день, на несколько дней, но не больше.
— Нет, не думаю.
— Ладно, я буду молиться за вас обоих, — неожиданно сказала Мариса.
— Будьте осторожны.
Мариса быстро обняла ее, вдруг осознав, что раньше никогда так не поступала. До Уиллоу у нее никогда не было близкой подруги.
— Буду, — повторила она и быстро ушла, пока Уиллоу не заметила ее дрожащих губ.
Чэд появился на холме как раз тогда, когда из-за горизонта на западе выглянул краешек солнца. Глаза у него были еще сонные, но с губ не сходила улыбка радости быть полезным.
— Брэди сказал мне принять наблюдение.
Брэди, подумал Лобо, вдруг стал слишком много брать на себя, но он знал, что бывший законник прав. Лобо устал как собака, и телом и душой, и в этом ничего хорошего не было.
Разглядывая лицо Чэда, Лобо опять вспомнил своего брата. Ему этого не хотелось, но теперь отрывки воспоминаний возникали чаще, как будто исчезло какое-то препятствие. Он ворчливо сказал:
— Думаю, на тебя вполне можно положиться, — и был вознагражден сияющей улыбкой.
Полный отвращения к себе за моментальную слабость, он взлетел в седло. Что ему требовалось — так это несколько часов сна.
Ему не хотелось возвращаться на ранчо, но, возможно, ему больше некуда было ехать. Потом он вспомнил рощицу, где он и Уиллоу занимались любовью. Не имело значения, где он будет спать, в сарае или на открытом воздухе, лишь бы это было достаточно близко, чтобы услышать выстрелы.
Лобо повернул лошадь к реке. Вскоре Уиллоу отправится в школу, тогда он вернется, захватит Брэди и что-нибудь поест, и они кончат запруду и примутся за оросительные канавы.
Доехав до рощи, он поискал подходящее место для сна и наткнулся на то, где был с Уиллоу. Трава, где они лежали, была все еще примята, и при взгляде на нее у него защемило сердце.
Выяснение отношений близилось, он это нутром чувствовал, а потом он уедет.
— Черт, — прошептал он, зная, как тяжело будет уезжать. Но у него не было выбора. Его имя и репутация только привлекут сюда еще больше таких, как он. Уиллоу с детьми никогда не будут в безопасности. Да после вчерашнего она и не захочет, чтобы он остался. Он закрыл глаза и грязно выругался.
