5 августа лаборатории должно было исполнится 5 лет. Всё время до этого сотрудники работали без отпусков и отлучек домой, в свои европейские страны. Безвылазно пахали они днём и ночью и вот, в честь пятилетия, руководство решило на две недели приостановить полностью работу лаборатории и отпустить всех сотрудников на побывку домой. В СМИ был разослан очередной отчёт по этому поводу. Лаборатория была законсервирована и из аэропорта «Манас» в разные страны вылетели в течение суток 6 чартерных рейсов, полностью состоящих из отпускных сотрудников. Седьмой самолёт улетел последним в Германию и увёз руководящий состав.
В городе даже как-то пусто стало без белых фигурок с чемоданчиками. И подозрительно тихо. Они сами хотя и работали всегда быстро и слажено, в конфликты с населением не вступали, не шумели, а всё же был какой-то определённый звуковой фон в их присутствии. Тихое поскрипывание антенн, пищание каких-то приборов, скрип комбинезонов, а тут тишина. Город как будто опустел без них. Смолк. Хотя никто, конечно, не отменял шума многочисленных машин, гомона тысяч людей на улицах и всё же…
Наступило пятое Августа, пятница. Пятый «день Рождения» лаборатории. На улице стояла жара 46 градусов. На солнце, так и под 75, поэтому соцсети моментально наполнились видеороликами с жаренными на асфальте яйцами и мгновенно испаряющейся водой. На вопрос жителей, обращённый мэрии: «почему отключены все фонтаны», ответ был простой: «моторы перегреваются и ломаются. Потерпите, жара спадёт — будут вам фонтаны». Логично, да.
На солнце находиться было невозможно и поэтому все, кто мог себе позволить, разъехались кто куда из города: горы, озеро Иссык-Куль, речки, заповедники. Широка страна моя родная — есть где развернуться в плане отдыха рабочему классу. А оставшиеся в городе граждане, если и выходили на улицы, то старались перемещаться мелкими перебежками от куста к кусту по тени. Все, у кого была хоть какая-то охлаждающая техника естественно не преминули ею воспользоваться. Кондиционеры, освежители воздуха, увлажнители, очистители, вентиляторы и всё, что хоть как-то могло спасти от жары было включено в городскую электросеть и не выдержав напряжения она одномоментно рухнула. Как такое могло произойти никто не понял. Не сработали запасные линии, генераторы и компенсационные механизмы. Мгновенно пропало не только электричество в домах, но и мобильная сеть. Не работали и стационарные телефоны. Сотовые же очень быстро, буквально на глазах, теряли заряд батареи и в течение получаса весь город остался с разряженными телефонами. За окном перестали ездить машины. Первыми остановились электрокары. За ними и остальные — садились аккумуляторы. Если кто-то включал какой-либо прибор на батарейках, то уже через несколько минут те умирали. Аккумуляторные батареи в гаджетах держались чуть дольше, но ненамного. Сложилось ощущение, что нечто просто высасывает всю энергию из любого доступного электроприбора. В течение часа началась паника. Люди побежали закупать продукты и воду, поскольку без насосов не работала и система водоснабжения. Вода шла самотёком. Кассиры перед носом закрывали двери с криками: «не работаем! Кассы не пашут!»
Начались конфликты. Без связи и Интернета никто не знал, что происходит, как оно случилось и как долго продлится. Никто не заметил за нервным напряжением и нарастающее в воздухе напряжение статическое. Сначала синтетическая одежда начала сильно липнуть к телу. Женщины нервно одергивали подолы юбок, а мужчины просто скидывали с раздражением синтетические футболки оставаясь с голым торсом, светя, по большей части не слишком рельефными, мокрыми от пота телесами. Потом волосы начали вставать дыбом, и любая причёска не зависимо от длинны волос стала похожа на одуванчик. Дети, которых в условиях всеобщего хаоса родители не взирая на жару предпочли потащить с собой на улицу, веселились показывая друг на друга пальцами и играли с непослушными волосами. Затем по телам начали пробегать искры статики, отовсюду стало слышаться тихое пощёлкивание.