Насколько я понимаю, квартира небольшая. В общем, она состоит из студии с кухней и ванной комнатой. Окно без занавесок возвышается над городом, а вдалеке я вижу купола и шпили собора Василия Блаженного.
Аладкова, похоже, не все устраивает. Однако он, кажется, оправился от своего удивления.
Он спрашивает. - Кто ты ?
Не отвечая, я кладу пальто на подлокотник. Затем я приставляю стул к маленькому кухонному столу и сажусь лицом к нему.
Я кладу Люгер на бедро и зажигаю Lucky Strike, надеясь, что это принесет мне удачу. Мне пришлось оставить три пакета NC, которые я оставил в Каарло и Урсуле. Из-за марки слишком бросается в глаза. Я глубоко вздыхаю. Это немного встряхивает меня. Я прочищаю горло и объявляю:
- Кто я, товарищ Аладков? Мужчина, который играет с вами в одну из своих последних карт. И у меня есть все намерения убить тебя сегодня вечером, если ты не дашь мне ответов, которых я ожидаю.
Я беру Вильгельмину и поднимаю ее в его направлении. Он смотрит на меня испуганными глазами и кивает.
Он спрашивает. - И чего ты хочешь узнать?
- Скажите, на кого вы работаете.
- На полковника Гречко ... ну, на товарища Гречко.
- А завод «Скалдиа-Волга» в Брюсселе для вас что-нибудь значит?
Он кивает. Спокойно спрашиваю:
- Расскажите о тов. Носкове.
Товарищ Аладков поражен.
- Не знаю, - говорит он.
- А о Бруно Хайнцмане?
Он качает головой. Он выглядит так, будто потерял язык. Я повторяю гораздо более угрожающим тоном:
- Бруно Хайнцман, НАТО, Брюссель ...
«Нет, не знаю», - сдавленно отвечает Аладков.
Я поднимаю свой Люгер немного выше, произнося медленно и четко:
- Бруно… Дитер… Хайнцман…
- Не знаю, не знаю, ничего не знаю!
Медленно левой рукой я тяну курок Люгера и внезапно отпускаю его. Аладков наклоняет голову и моргает от щелчка.
«Гречко изредка встречался с ним», - поспешно отвечает он. Это все, что я знаю. Клянусь !
- Кем вы работали в Брюсселе?
Он начинает потеть и проводит правой рукой по лбу. Честное слово, он испытывает гипогликемический приступ, бедняга!
- Я занимался почтой. Ничего больше. Мне выдали бумаги, которые я привез сюда дипломатической почтой.
- Я думал, вы работаете в S-V?
- Да-да, это правда. Но мы ... я ... ну, я также занимался почтой для посольства, вот и все.
- А полковник Гречко, он где полковник? В армии ?
- Да ... все, в армии.
- На вооружении стратегических ракет?
- Нет. В армии.
- А не в КГБ?
- Нет нет ! В армии !
Он начинает очень и очень сильно волноваться. Аладков сдает. Не говоря ни слова, я наклоняюсь вперед в кресле и смотрю на него. Он смотрит на дуло Вильгельмины, затем поднимает взгляд на меня.
- Я ... пожалуйста ... - он умоляюще просит.
- Что ты знаешь, Аладков?
Он капитулирует.
- Да, КГБ это правда. Общее направление.
- Какой отдел?
- S, - отвечает человечек почти неслышным голосом.
Это похоже удар дубиной. Отдел S предназначен для нерегулярных дел. Именно он организовывает тайные операции под прикрытием за границей. Не он украл документы НАТО. Это не входит в его компетенцию. Но, если Аладков врет, зачем он мне говорит, что Гречко работает на S-отдел! В этом нет смысла !
- Ты мне врешь, товарищ ...
- Нет. Это правда. Клянусь !
- В чем заключалась миссия Гречко в Брюсселе?
- Я не знаю.
- Вы это знаете, Аладков. Откуда вы знаете Хайнцмана!
- Гречко встречался с ним регулярно, больше ничего не знаю.
Внезапно я вскочил со стула. Я хватаю Аладкова за воротник и прикладываю дуло пистолета к его левому виску. Я чуть не кричу ему в ухо:
- Не смейтесь надо мной, товарищ! Теперь ты мне все расскажешь. И быстро. Иначе я вышибу тебе мозги.
Глаза вылезают из ее головы. Из уголка рта стекает струйка слюны. Хриплым и испуганным голосом он произносит:
- Хайнцман передавал Гречко документы НАТО.
- Эти документы были подписаны?
- Нет… эээ, да, - отвечает Аладков.
- Кем ?
- Дэвидом Хоуком. Из АХ.
Это второй удар дубинкой.
- А Носков?
- Мы дали ему какие-то документы, чтобы он привез сюда.
- Почему его убили?
Аладков молчит. Я повторяю :
- Почему его убили?
- Мы ... мы, Аладков заикается. У нас уже были до.до… документация… документы.
Третий удар. Если так будет продолжаться, я тот, кто обратит свой взор. Я продолжаю :
- Кто его убил?
- Я.
- Почему ? Кто вам приказал?
- Гречко.
- Почему, Аладков? Почему его убили?
- Мы хотели, чтобы его опознали как сотрудника КГБ и чтобы на его теле были обнаружены документы.
- Чтобы обвинить Дэвида Хоука?
Человечек отрыгивает прерывистым голосом. - Да.
Я изо всех сил сдерживаюсь и спрашиваю относительно спокойным голосом:
- Другой вопрос. Кто организовал эту операцию? Кто был главный?
- Я не знаю. Я работал только на Гречко.
- От кого он получал заказы?
- Я не знаю. Клянусь, Картер! Я не…
Он резко останавливается на середине предложения. Его черты напрягаются.
Картер. Это меня прикончило. Он знает, кто я. Он знал, что я приду! Он меня ждал, может быть ...
Удар не может исходить от Хаккалы. У него не было времени. Но ЦРУ знает, что я был в Хельсинки, как и AX. Произошел обмен информацией. Отсюда до подозрений в том, что я поеду в СССР ...
