Въ это время въ восемнадцатомъ коридорѣ подземной ставки штаба союзныхъ армій полковникъ Дюпре въ своемъ кабинетѣ, погруженный въ работу, нервно закуривалъ одну за другой сигареты, но затянувшись два-три раза, ихъ бросалъ въ пепельницу.
— Что за чертовщина? — бурчалъ онъ, прочитывая расшифрованную телеграмму. — Причемъ тутъ аппараты, принятые во французской арміи? Что за ерунда? Ничего не понимаю! Уже второе донесеніе объ этихъ проклятыхъ бомбовозахъ. Что бы это могло быть? — полковникъ нажалъ кнопку. Изъ стоящаго напротивъ него громкоговорителя раздался хрипловатый голосъ.
— Говоритъ начальникъ аппаратурнаго отдѣленія.
— Скажите, есть что-нибудь новое, Дюпонъ?
— Пока ничего. Послѣднія сводки мною пересланы уже полчаса тому назадъ.
— Меня интересуютъ не эти сводки, которыя я уже прочелъ. Скажите, нѣтъ ничего отъ Д—143?
— Пока ничего, господинъ полковникъ. Мнѣ думается...
— Вы не думайте, Дюпонъ....
— Никакъ нѣтъ, я хотѣлъ сказать, что обыкновенно Д-643, хотя нерегулярно, но всегда даетъ о себѣ знать около шести часовъ вечера.
— Значитъ, ничего нѣтъ? — вновь спросилъ полковникъ. Тогда я васъ прошу, какъ только вы будете имѣть что нибудь отъ Д-143, немедленно сообщите мнѣ
— Слушаюсь, — отвѣтилъ голосъ Дюпона. Полковникъ выключилъ громкоговоритель и вновь погрузился въ кучу донесеній. на нѣкоторыхъ изъ нихъ онъ дѣлалъ помѣтки краснымъ карандашомъ и бросалъ ихъ направо въ отверстіе пневматической почты
Прошло добрыхъ полчаса за этой работой. Кучка донесеній передъ полковникомъ стала совсѣмъ маленькой, какъ передъ его глазами зажглась красная лампочка.
— АллоI — говоритъ адъютантъ Дюпонъ. — Мною только-что получено шифрованное донесеніе Д-143. Сейчасъ пересылаю его вамъ.
— Оно расшифровано? — просилъ полковникъ.
— Никакъ нѣтъ!
— Я жду!
Выключивъ громкоговоритель, полковникъ повернулъ насколько рычажковъ на распредѣлительной доскѣ справа на столѣ. Черезъ нѣсколько минуть въ дверь постучали.
— Войдите!
— Господинъ полковникъ приказали явиться? — спросилъ входя въ дверь капитанъ шифровальнаго отдѣленія.
— Да. Мною только что получено сообщеніе, что есть шифрованная телеграмма Д-143. Она будетъ сейчасъ у меня на столѣ. За это время будьте любезны найти шифръ Д-143 и мы съ вами вмѣстѣ ее расшифруемъ.
— Слушаюсь, — отвѣтилъ капитанъ.
Черезъ нѣсколько минуть шифръ былъ на столѣ у полковника. Почти въ то же время пневматическая почта доставила изъ аппаратурнаго отдѣленія телеграмму.
— Ну-съ, примемся за работу, — сказалъ полковникъ, беря телеграмму и начиная диктовать одну за другой цыфры.
Капитанъ искалъ обозначеніе ихъ въ книжкѣ кода в записывалъ на листкѣ бумаги.
«Завтра утромъ бомбовозы вылетаютъ для того, чтобы произвести прорывъ въ линіи. Стопъ. Примите мѣры эскадрилья состоитъ изъ 24 аппаратовъ. Стопъ. Ее нужно встрѣтить за линіей фронта иначе будетъ катастрофа. Стопъ. Уѣзжаю въ Берлинъ, такъ какъ мен...»
На этомъ телеграмма закончилась. Полковникъ остановился.
— Дальше господинъ полковникъ? — опросилъ удивленно капитанъ, смотря на своего начальника.
— Дальше, но я же сказалъ все, — отвѣтилъ полковникъ.
— Телеграмма кончается на полусловѣ.
— Какъ на полусловѣ? — опросилъ полковникъ. Дайте сюда.
Капитанъ протянулъ расшифрованную телеграмму.
— Въ чемъ дѣло? — спросилъ полковникъ. — Я ничего не понимаю.
— Можетъ быть агенту помѣшали продолжать, — высказалъ предположеніе капитанъ. Но насколько я понялъ начало телеграммы довольно ясно. Агентъ Д-143 опять доноситъ объ этихъ таинственныхъ бомбовозахъ, о которыхъ онъ уже послалъ нѣсколько телеграммъ.
— Знаю, — отвѣтилъ раздраженно полковникъ. Эти таинственные бомбовозы не даютъ мнѣ покоя уже скоро мѣсяцъ. Въ чемъ дѣло? Какую мерзость придумали боши? Причемъ тутъ бомбовозы, типъ которыхъ принять въ нашей арміи? Но, по-моему, что-то нужно предпринять? Но что? Вотъ это я бы хотѣлъ знать. Полковникъ, подумавъ нѣсколько минутъ, продолжалъ: — Капитанъ, будьте любезны разыщите майора Уитлей и попросите его немедленно посѣтить меня. Можетъ быть у англичанъ есть болѣе подробныя свѣдѣнія. Посмотримъ.
Поднявшись съ мѣста, полковникъ нервно началъ ходить по комнатѣ, по временамъ останавливаясь передъ огромной картой фронта, на которой разноцвѣтными флажками были обозначены дивизіи, полки и даже мелкіе отряды, занимающіе боевыя позиціи какъ союзныхъ войскъ, такъ и германскихъ. Онъ нѣсколько разъ останавливался передъ этой картой, внимательно смотрѣлъ на нее, стараясь найти на фронтѣ тотъ участокъ, на которомъ нужно ждать таинственнаго появленія не менѣе таинственныхъ бомбовозовъ.
— Вы меня звали, господинъ полковникъ? — вывелъ послѣдняго изъ раздумья голосъ майора Уитлей.
Полковникъ вздрогнулъ отъ неожиданности и, рѣзко повернувшись, отвѣтилъ:
