Снаружи раздался стукъ. Потомъ другой, третій. Марселецъ бросилъ пулеметъ и развернулъ башню. Почти надъ его головой высилась громада танка. Онъ, повернувшись бокомъ, билъ изъ пушки и пулемета по буграмъ земли, откуда только что стрѣлялъ противникъ. На боку башни, въ лучахъ заходящаго солнца ясно вырисовывался галльскій пѣтухъ, гордо поднявшій голову въ красномъ колпакѣ санъ-кюлотовъ.
Марселецъ спустился на полъ. Оттянулъ отъ люка тѣло лейтенанта и раскрылъ болты. Съ металлическимъ грохотомъ открылся люкъ. Въ его отверстіи вырисовалась голова.
— Здорово! А здорово у васъ воды! Плаваете? — раздался спокойный, немножко даже насмѣшливый голосъ.
— Чего зубоскалишь? Видишь, — попали въ бѣду!
— А танкъ-то цѣлъ?
— А чортъ его знаетъ! Лейтенантъ убитъ. Механикъ убитъ. Остался только я!
— Ну, вылѣзай! Идемъ къ намъ!
— А танкъ ?
— Его потомъ подберутъ. Кажется, наступленіе отбито.
Хлюпая чуть-ли не по поясъ въ водѣ, марселецъ пра помощи своего спасителя добрался до танка, стоящаго наверху. Прикурнувъ въ углу, онъ молчалъ.
Вечеръ угасалъ. На западѣ влѣво пылала заря; порой застилаемая клубами чернаго дыма. Въ танкѣ стало сыро и холодно. Откуда то, справа доносился гулъ и грохотъ боя.
— Что же дѣлать? Поворачивать обратно? — спросилъ вдругъ лейтенантъ, наклоняясь къ водителю.
— Какъ прикажете...
— Бери направо, пока есть снаряды и патроны, пойдемъ драться, отвѣтилъ лейтенантъ, растирая рукавомъ тужурки копоть и масло по лицу.
Танкъ развернулся и прошелъ на звуки замирающаго боя.
Въ темнотѣ, сбившись, съ пути, танкъ вдругъ попадаетъ на какую-то маленькую рѣчушку. Становится холодно. Танкистовъ знобитъ. Внизу, на полу, марселецъ что-то шопотомъ разсказываетъ спасшему его солдату. Танкъ застрялъ. Невдалекѣ раздается урчанье и рокотъ моторовъ машинъ. Потомъ топотъ пѣхоты и пьяные голоса.
Къ замершему танку подходитъ нѣсколько человѣкъ. Они стучать по бронѣ. Въ бойницѣ слышны голоса на нѣмецкомъ языкѣ:
— Зажги спичку! Чей это танкъ? Нашъ или французовъ?
Раздается какая-то возня...
— Спички отсырѣли! Эй, вы, въ танкѣ! Есть кто живой? Отзовись! Иначе подорвемъ!
— Чѣмъ подорвешь? — раздается раздраженный голосъ. — Когда ни одного патрона въ подсумкѣ нѣтъ. Ты посторожи. Я пойду доложу лейтенанту. Навѣрное взводъ ушелъ недалеко.
— Пойдемъ вмѣстѣ. Все равно этотъ мертвецъ никуда не убѣжитъ.
Прошло нѣсколько томительно жуткихъ минутъ.
— Попробуемъ завести моторъ, — говоритъ лейтепантъ механику.
— Слушаюсь, — отвѣчаетъ тотъ, начиная копошиться около заводной ручки.
— Да помоги же, ты, деревня, — говоритъ онъ злобно обращаясь къ стрѣлку.
Они долго стараются, обливаясь потомъ.
Моторъ не заводится: аккумуляторъ въ водѣ.
Проходитъ долгая ночь. Зубы отбиваютъ барабанную дробь. Въ танкѣ холодно. Кругомъ почти полнѣйшая тишина, кажущаяся страшной послѣ тѣхъ ужасныхъ часовъ обстрѣла и непрерывной стрѣльбы изъ орудія
Утромъ лейтенантъ видитъ въ бойницу, какъ вдоль берега рѣки пробирается десятокъ нѣмецкихъ солдатъ.
Онъ открываетъ изъ пулемета огонь по противнику.
Внезапные выстрѣлы изъ танка ошеломили нѣмцевъ. Они остановились на минуту, какъ вкопанные, а потомъ повернувшись, бросились бѣжать. Лейтенантъ посылаетъ имъ вслѣдъ еще нѣсколько очередей.
И вновь медленно текутъ минуты. Где-то направо въ отвѣтъ на выстрѣлы лейтенанта раздается гулъ и грохотъ боя. Въ небѣ ревутъ моторы аэроплановъ. Въ танкѣ становится нестерпимо душно. На бугрѣ, за танкомъ появляется голова въ нѣмецкой стальной каскѣ. Затѣмъ, вторая, третья. Солдаты осторожно приближаются къ танку
Но вотъ, одинъ изъ нихъ подымаетъ и бросаетъ гранату Она разрывается недалеко отъ танка.
Танкъ молчитъ.
Солдаты, осмѣлившись подходятъ вплотную къ машинѣ. Трое влѣзаютъ на гусеницы и лѣзутъ къ башнѣ. Лейтенантъ видитъ въ отверстіе бойницы гранату въ рукахъ перваго солдата. Онъ цѣлится въ него изъ револьвера. Стрѣляетъ. Солдаты бросаются внизъ. Развернувъ башню, лейтенантъ даетъ очередь изъ пулемета и выпускаетъ нѣсколько снарядовъ изъ пушки. Грохотъ боя приближается.
— Пора уходить! — говоритъ лейтенантъ. — Помощи не дождешься! Открыть люкъ!
Одинъ за другимъ вылѣзаютъ люди изъ танка. Послѣднимъ выходитъ съ пулеметомъ въ рукахъ офицеръ.
— Механикъ, — отдаетъ приказаніе лейтенантъ. — Открыть кранъ бензина и поджечь!
Механикъ отворачиваетъ плоскогубцами кранъ бака съ горючимъ. Холодной блестящей струйкой течетъ бензинъ. Потомъ онъ соединяетъ провода. Но аккумуляторы пусты... Вытащивъ изъ кармана коробку спичекъ механикъ, сложивъ ладони, зажигаетъ огонь и, когда спичка разгорѣлась, бросааетъ ее въ образовавшуюся на землѣ лужу бензина и бѣгомъ догоняетъ ушедшихъ впередъ товарищей.
Яркимъ пламенемъ вспыхиваетъ бензинъ. Черезъ нѣсколько секундъ пламя забушевало внутри танка.
Разбрасывая брызги воды, не успѣвъ добѣжать до берега, механикъ слышитъ взрывъ — это взорвались баки.
Съ противоположной стороны начинается пулеметная стрѣльба.
Лейтенантъ, взобравшись на берегъ, устанавливаетъ пулеметъ и, приладивъ ленту, выпускаетъ очередь за очередью. Патроны кончаются. Бросивъ пулеметъ, лейтенантъ кричитъ:
