По губам Арсения скользнула кривая улыбка. Он принялся теребить ленту, силясь распутать узлы. Колдун натерпелся всякого, так что готов был уйти во всех смыслах. Видимо, обитель Забытого не оправдала его надежд.
— Не суетись, — велела Анна, помогая ему распутать мешочек. — Иначе уронишь его на меня.
— А у тебя?..
— Нет. Только один.
— Слишком добренькая… — прошептал колдун. — Анна, да? Зачем же ты отдаешь мне свою последнюю надежду?
— Потому что ты жалкий, и я не собираюсь слушать твое нытье еще несколько дней.
— Ты не понимаешь, — грустно произнес Арсений. — Здесь куда хуже, чем можно представить.
Анна улыбнулась и развязала последнюю тесемку.
— По твоей милости я много чего пережила. Так что и это меня не добьет. Вон, видел, сколько у самого-то получилось протянуть!
— Ты не понимаешь! — воскликнул Арсений. — Ты захочешь уйти, но не сможешь. Это место хуже, чем кажется.
Анна вздохнула. Арсений не вызывал у нее почти никаких чувств. Маленький потерянный мальчик. Злодей по жадности и самонадеянности, а не по состоянию души. Она с усмешкой вытряхнула кристалл на его ладонь. Колдун успел вздохнуть с облегчением, прежде чем раствориться тысячью искорок.
— Видел? — тоскливо пробормотала Анна. — Не такая уж я и плохая. А Арсений придурок, забудь, что он там тебе наговорил. Тоже мне, посланничек.
Забытый согласно шевельнул тенями. Анна улыбнулась. Город казался ей совсем не таким уж плохим. У него определенно был свой характер и цели, но он благосклонно позволил одинокой душе разгуливать по улице Теней, заглядывать в дома и делиться своими впечатлениями.
Анне казалось, что Забытый немного оживился. На улице все чаще появлялись настоящие тени: их фигуры мелькали в окнах домов, проходили по улицам мимо призрака, загадочно шептались под сенью деревьев. Анна наслаждалась отпущенным ей временем. Небольшой отпуск во мраке позволил ей по-другому посмотреть на жизнь, так что она находила свою прелесть и в одиноких прогулках, и в попытке вырастить цветы — Забытый ей, очевидно, помогал, так как ни одно дерево не может вырасти из семечка за пару дней. Анна несколько раз искала способ сбежать, не слишком-то скрывая от города свои намерения, пока окончательно не убедилась, что это невозможно.
— Знаешь, — поделилась она как-то раз своими мыслями, — а мы с тобой не так уж плохо провели время.
Забытый привычно промолчал, и только тени кружились вокруг нее в радостном танце. Анна знала, что у нее осталось всего несколько часов.
— А как думаешь, больно развоплощаться? — с грустью спросила она. — Арсений выглядел дерьмово. А Мари вряд ли вернется за мной.
Город замер. За дверью домика послушался звонок, будто мимо проезжал ребенок на велосипеде. Проскрежетал метал. Еще раз. Все затихло. Анна отложила в сторону скалку, которой раскатывала тесто для пиццы, и вышла из дома. Ей не нужна была еда, но выполнение простых рутинных действий сильно разнообразило жизнь призрака. Она и ванну принимала, и бегала утром, и даже начала изредка переодеваться. Город остался доволен, ведь Анна действительно
Она подошла к почтовому ящику — только он мог так отвратительно скрипеть — и достала из него несколько писем и газету. Последняя выглядела забавно: буквы в ней словно вырезали из разных журналов, а картинки смешивали сразу несколько разных эпох.
Анна села на травку и поблагодарила Забытого за новости, после чего принялась читать.
Анна с удовольствием рассматривала газету, которую для неё подготовил Забытый. Город постарался и составил ее из нескольких забытых книг, журналов и прочего, собрав единый номер, в котором описал многое.
В газете нашлась рубрика путешествия, где указывалось, что Мари Шайтан — составленное из разных шрифтов имя — не смогла спуститься по лестнице на улицу Теней. Город заволокло мраком, и юная ведьма испугалась повторения своей истории. Анна понимающе кивнула. Она и сама бы не полезла во тьму, зная, что окажется в том подвале. У Ярослава дела шли хорошо. Он зачем-то собрал совет Семерых, вот только Забытый не понял, что там обсуждалось.
Жнец и Диана ссорились, но город влепил в их статью поговорку "милые бранятся — только тешатся". Анна захихикала. Она ни разу не видела эту парочку вместе, но Забытый поместил под текстом забавную фотку двух малышей. Девочка и правда казалась похожей на Диану, такая же волевая и решительная. Малышка сыпала другому карапузу на голову песок. Мальчик хныкал. Анна решила, что он все же не похож на жнеца: тот гораздо худощавее карапуза с картинки.
А на самой последней странице нашелся пейзаж, нарисованный акварелью прямо поверх ровных колонок букв. На ней неизвестный художник изобразил лес и дорожку лунного света на тропе, которая будто уходила в небо.
— На что ты намекаешь? — спросила Анна.
Ей как-то не верилось, что Забытый просто развлечения ради сделал для нее выпуск газеты. Ее время подходило к концу. Может, город пытался что-то ей объяснить?
