Как только мы оказались в спальне, он отпустил мою руку, чтобы включить музыку, пока я потянулась за спину и приглушила освещение до самого малого. Он подошёл и убрал мои волосы на одну сторону через плечо, чтобы расстегнуть платье, после чего Зейн пальцами скользнул по ткани и стянул её вниз по моим плечам. Языком он прошёлся по чувствительному местечку под ухом, и нежно втянул его в рот. Слегка подул на влажную кожу, заставляя меня содрогнуться, затем продолжил дорожку поцелуев по шее и плечам. Я вышла из своего платья и с возбуждением ожидала, что он сделает дальше.
— Ты не надела трусики? — прорычал он, притягивая меня ближе. Доказательство его удовлетворённой реакции вжалось в низ моего живота.
Аппетитная, зловещая ухмылка расплылась на его лице. Как же мне нравилось знать, что я сделала что-то для него.
— Блядь, Чесни, — снова прорычал он, поворачивая меня к себе лицом.
Я смотрела на него снизу, пока его игривые синие глаза горели желанием. Вид этого огня в такой синеве делал что-то со мной. Передо мной стоял мужчина, которому я отдала всю себя, мужчина, который держал моё сердце в своей ладони. Я полностью стащила с него галстук и бросила на пол. Пока расстёгивала его рубашку, то целовала каждый кусочек гладкой кожи под пуговицами, и с каждым поцелуем чувствовала на губах его сердцебиение, которое словно выбивало секретный код. Зейн запустил руки мне в волосы, постанывая от удовольствия.
В этот момент будто переключили предохранитель, и я почувствовала смелость сделать всё. Дёрнула ремень его штанов и бросила туда же, куда полетел галстук. Быть такой смелой — ненормально для меня, но мне это нравилось, и Зейн заставлял меня чувствовать себя сильной, словно я могла сделать всё.
Я скользнула штанами по его мускулистым ногам, и он вышел из них. Я повернулась за презервативом на прикроватном столике, но, когда развернулась назад, он уже снял с себя боксеры.
— Уже не терпится? — промурлыкала я.
Сердце бешено мчалось, когда я толкнула его на кровать. Он наблюдал, пока я разрывала пакетик и раскатывала презерватив по его длине. Я оседлала его бёдра и устроилась на нём. Моё тело задрожало в ответ, когда я опустилась на его член. Песня
Я была сверху на нём, полностью голая, и впервые мне не было некомфортно. Ни одно плохое воспоминание не проникло в мои мысли. Ни одного преследования из моего прошлого. Я была полностью раскрытой, и Зейн всё равно заставлял меня чувствовать себя уютно. Мне больше не нужно было прятать своё тело от него. Грудь сжималась от откровения, и слёзы наполняли глаза.
Зейн застонал и ухватился за мои бока, притягивая крепче к себе и приподнимая мои бёдра для каждого толчка. Я развратно застонала, закрыла глаза, откинула голову назад и продолжила чувствовать его под собой. Моё сердце было настолько наполнено, что я думала, оно разорвётся в груди. Ничего в мире больше не значило, кроме него.
Слияние с Зейном физически было опьяняющим. Дело не только в сексе с ним. Когда мы вместе, ощущение такое, словно наши души переплетались воедино, а его прикосновение воспламеняло меня каждый божий раз.
Я упала на него, с трудом дыша. Голова покоилась на его груди, а сердце выбивало бешеный ритм под моей щекой. Никто низ нас ничего не говорил. Нам и не нужно было. Наши отношения сдвинулись, и мы оба знали это. Всё обретало серьёзность.
Я скатилась с него и устроилась под рукой рядышком.
Наконец-то я решила прервать молчание.
— Спасибо за сегодняшний день. И за последние несколько месяцев вообще-то, — я приподнялась, чтобы посмотреть на него. Синие глаза под прикрытыми веками сверлили меня взглядом. — Могу сказать, что ты на самом деле пытался открыться мне, и я знаю, что это было нелегко.
Зейн смотрел на меня сквозь тяжёлые ресницы, а затем повернулся ко мне лицом. Смятение показалось на его лице, он разомкнул губы, когда коснулся моей щеки ладонью.
— Что ты делаешь со мной, светлячок? — глядя на искренность в синих глазах, я не заметила его слёзы. Это была та сторона Зейна, которую я видела не часто. — Нет, это было не легко, но ты того стоишь. — Он наклонился ближе и обрушил свои губы на меня.
Зейн отстранился на мгновение, словно хотел сказать что-то ещё, но прежде, чем заговорил, он должен был узнать, что чувствовала.
Я коснулась рукой его груди и сделала глубокий вдох.
— Зейн, я начинаю влюбляться… сильно. Я пыталась уважать твоё решение не торопиться, и сделала это, но мои чувства растут сильнее с каждым днём. — Я хотела большего с Зейном. Но три слова, которые я так жаждала услышать, ещё не были произнесены.
— Я испытываю очень сильную лю... симпатию к тебе, — заикнулась я, не желая выставить себя идиоткой.
Он моргнул.
