- Спокойно, командир, или вернее будет, политрук? - У того блеснули глаза. Не хорошо блеснули, такая злость в них стояла, аж мурашки пробежали по телу. Чего он такой злой-то? Может, сам в плену побывал, а теперь отрывается, чтобы страх прикрыть, да забыться?
- Я лейтенант государственной безопасности, нахожусь здесь при исполнении. Так как я в подчинении ставки, вы обязаны представиться. Может в звании вы и выше, но вот по должности...
- Так я и поверил, лейтенант ГБ, откуда ты тут взялся?
- Товарищ старший политрук, а может они из Богучара пробирались? Мы ведь слышали, там бой был не слабый. - Донеслось до меня, один из бойцов этого отряда тихо проговорил на ухо своему командиру.
- Вот, товарищ все правильно понял, а чтобы вы смогли убедиться, товарищ старший политрук, вы шов распорите. Да, да, под ремнем! - Я указал одной рукой себе на пояс.
- Посмотри! - Велел политрук бойцу, что стоял ближе всех ко мне.
- Не так быстро, оружие опустите, я отпущу вашего старшину, устал он уже, наверное.
Надо отдать должное ребятам партизанского отряда, они спокойно опустили свои стволы, лишь политрук держал ТТ в вытянутой руке.
Я, обойдя старшину, быстренько снял петлю с его шеи, отметил про себя, что и Мурат отпустил своего пленного. Старшина судорожно глотал воздух, придуривается что ли, или напугался так?
Расстегнув ремень, отогнул край штанов. Дернув посильнее, одной рукой не больно удобно, надорвал шов. Старшина смотрел на меня очень внимательно. Я вынул аккуратно тряпочку с меткой и подал старшине.
- Знаешь, что это такое? - Спросил я.
- Догадываюсь, показывали как-то, - кивнул старшина. - Разведка?
- Так точно старшина, лейтенант Новиков. Там еще сказано о содействии и помощи.
- Товарищ старший политрук, все так и есть. - Обратился старшина к командиру.
- Не важно, что там у него написано. О том, что им можно в плен сдаваться, там не указано! - Политрук продолжал целиться. - Старшина, я же приказал связать их, я не отменял своего решения.
- Товарищ старший политрук, свои же? - Удивился старшина, и не сделал ко мне ни шагу.
- Слушайте, товарищ старший политрук, мои документы вы получили, а теперь предъявите свои. На каком основании вы решили нас задержать?
- На основании того, что ты сдался врагу, - опять затянул свою песню политрук. Я развел руками.
- Ну, что ж, давайте тогда собачиться продолжать. Может, выйдет чего из этого.
- Я вас прямо здесь расстреляю, и не буду ни с кем собачиться! А ты старшина, - Он повернул голову к седому, - пожалеешь, что не выполнил приказ.
- Да, старшина, жалко мне вас, если приходиться с таким идиотом в роли командира служить! - В свою очередь сказал я старшине. А секундой спустя упал на колено. Этот ухарь политрук на вскидку выстрелил в меня из пистолета. Так как прицелиться он не посчитал нужным, пуля пролетела, не задев меня, а следующую я уже не дал ему выпустить. Швырнув веревку, которая оставалась у меня в руках ему в лицо, я рыбкой прыгнул в его сторону. Надо было брать дело в свои руки. Политрук от прилетевшей в него веревки отшатнулся, и прозевал момент, когда я оказался рядом с ним. Пробив ему кулаком в грудь, другой рукой, вцепился в руку с пистолетом. Пистолет он выронил сразу, так как дышать ему стало тяжело, и думать о другом он явно не спешил. Как ни странно, старшина оказался рядом, но помог он мне, а не своему командиру. На мой вопросительный взгляд, ответил просто.
- Ваша тряпочка впечатляет, а его документов я вообще не видел.
- Это как? - спросил я, изумленно глядя на бойца. - Он что, просто представился политруком и начал вас строить?
