Стремглав он бросился вниз и обнял жену.
— Люблю тебя, Лена! — прошептал он. — Давай выпьем чаю.
— Конечно, — отвечала жена. — Сейчас поставлю. Зови друзей.
Четверть часа спустя вся компания сидела вокруг стола в гостиной. Костя любовался тонкими белыми пальцами своей супруги, которая разливала по чашкам чай. Саид, широко улыбаясь, рассказывала, как сегодня за копейки взял в букинисте сорок томов философского наследия и еле дотащил рюкзак со станции. Миша внимательно слушал каждого, а сам молчал мудро и просветленно.
Люди не знали, что мир и любовь воцарились в доме не просто так. Это произошло потому, что разумный грибок из Туманности Андромеды, паразитирующий на их мозге, сумел купировать у себя душераздирающе острый приступ шизофрении, которому был подвержен с рождения. Как и все разумные грибки, эта звездная плесень представляла собой макроорганизм-колонию, который, в целях самосохранения, инфильтруется в мозговую жидкость максимально большого количества человеческих особей. Пораженные одним грибком люди ощущают необъяснимую общность и потребность проводить время вместе. А по возможности, жить под одной крышей и разговаривать на одном языке. Обычная колония захватывает не менее пяти организмов, но самые мощные грибки порабощают тысячи и тысячи людей. Практически все людские сообщества — от рок-групп и кружков йоги до корпораций, типа Газпрома или Тойоты, являются побочным продуктом жизнедеятельности грибка.
К сожалению, среди космических паразитов шизофрения и другие психические расстройства совсем не редкость. Поэтому так много людей так бессмысленно уничтожают друг друга в моменты помутнения разума у их хозяев.
Так что случай на даче в подмосковном поселке Ч. это просто ерунда и даже не цветочки по сравнению с художествами банды Мэнсона или атакой на редакцию Шарли Эбдо. Но, как говорится, умному достаточно. Вовсе не обязательно описывать кровавые зверства религиозных фанатиков, чтобы указать на источник бед, терзающих человечество.
Бараны, лошади, быки, и Бог знает какие еще твари, весело насвистывая, прыгали, бегали и порхали на своих призрачных крылышках вокруг Лели. Звездочки и кружочки, подмигивая огромными глазами, улыбались ей, пританцовывая в воздухе.
— Этого не может быть. Это не со мной, и меня тут вообще нет! — громко, чтобы себя подбодрить, сказала Леля.
Эхо же приняло ее слова за начало игры и тут же ответило с совсем другой интонацией:
— Меня нет.
Подумало и через миг поправилось:
— Вообще да (так будет лучше).
Леля зажмурилась и сжала мизинец правой руки. Стало больно. К тому же зажмуривание сделало только хуже: все то, что призрачно порхало и насвистывало снаружи, с другой стороны век вовсе не пропало, а наоборот — стало предельно реальным и объемным. Да еще и приумножилось, так как все оставшиеся на стенах картинки спорхнули со своего положенного места и полетели в общий хоровод со своими друзьями. Леля срочно раскрыла глаза. На нее несся табун горных козлов, каждый из которых был не больше ее ладони.
— Нет, — твердо приказала Леля и выставила перед табуном руку.
Табун маленьких козлов послушно свернул влево и ушел по касательной в стену, оставив за собой салют призрачной пыли.
— Да, — снова сказало эхо.
— Ты это уже говорило, — ответила Леля, ругая себя за то, что спорит со своим эхом.
— Значит повторило, — без промедления ответило эхо.
«Хорошо еще, что оно только отвечает, а не высказывается монологами» — подумала Леля и огляделась.
Она сидела на сыром полу в центре пещеры. С потолка свисали живописные сталактиты, рядом с ней горел костер, и свет его причудливо играл на стенах. Леля встала и, пошатываясь, подошла к одной из стен. Оказалось, что вся ее поверхность, от пола до потолка, покрыта мельчайшими кристалликами, которые ловили и отражали свет. Те же кристаллы были и на полу и на потолке. Так же на потолке, прямо над костром, было небольшое круглое окошко, сквозь которое шел свет. Других выходов из пещеры не было.
— Чушь какая-то! — в смятении вскрикнула Леля.
— Чушь наматывай на плющ.
Леля хотела ответить, но вовремя сдержалась, подумав, что не стоит поддерживать этот бессмысленный диалог с собственным эхом. Стоило сосредоточиться на более важном, как то:
А) как она здесь оказалась
Б) Что это за место, и
В) как отсюда выбраться.
В принципе, пункт б был вариативным и не обязательным, так как напрямую вытекал из пункта а, так что, сосредоточившись, Леля решила незамедлительно приступить к выполнению плана спасения.
