Я повернула голову и встретилась взглядом с Кэти. Она посмотрела на меня, приподняв бровь, а затем кивнула. Я догадалась, что означали эти взгляд и кивок, а в голове снова пронеслись сказанные ею слова: «Временами все будет не так уж и гладко, но теперь он того стоит».
Потом прижалась к Броку, обняла за талию и почувствовала, как его подбородок опустился на макушку, а руки крепче стиснули меня. Колтон что-то сказал, перекрикивая музыку.
Иногда, в такие моменты, как сейчас, действительно верилось, что Кэти была экстрасенсом. Я счастливо вздохнула.
Решение приехать сюда далось нелегко, но до сих пор я даже не понимала, как необходимо было переосмыслить свои поступки. И даже не догадывалась, как это повлияет на меня.
Груз, давящий на плечи, стал гораздо легче.
Мысли – чуть радостнее. А на сердце стало чуть спокойнее.
Брок прижал два пальца к подбородку и поднял мою голову. Заботливый взгляд карих глаз встретился с моим.
– Ты здесь, со мной? – спросил он.
– Я всегда с тобой.
Я проснулась посреди ночи и с удивлением обнаружила, что ко мне прижималось твердое неподвижное тело. Вырвавшись из паутины сна, я повернулась.
– Что ты здесь делаешь?
– Соскучился. – Брок сжал мою талию. – К тому же я примерно себя вел весь вечер, держался подальше от этой комнаты.
Так и было, к моему большому разочарованию. Я надеялась, что он проберется в комнату после возвращения из бара, но Брок ушел к себе, подарив напоследок довольно целомудренный поцелуй.
День благодарения прошел в безумной и сумбурной кутерьме. А моя семья превзошла все ожидания.
Они были любопытными, приставучими и с милыми улыбками задавали один вопрос за другим.
Вечером мы с Броком обсудили с папой и дядями предложение переделать два помещения под танцевальные классы. Они не стали смеяться над этой идеей, хотя Андре выглядел сомневающимся. Мы выложили все плюсы и минусы, показали, сколько придется потратить денег и сколько получим прибыли. Разговор так затянулся, что к концу половина слушателей перебралась к телевизору смотреть футбольный матч. Но я все равно чувствовала себя уверенно.
Еще и потому, что папа смотрел на бумаги с блеском в глазах – как на новичка, подающего большие надежды.
– Если мои родители поймают тебя здесь… – Я остановилась, задумавшись, что же могло случиться. – На самом деле родителям наплевать. Скорее всего, они даже поаплодируют.
Брок тихо засмеялся и уткнулся носом в мою шею.
– Точно.
– Разве это не странно?
Он поцеловал меня чуть ниже уха.
– Немного.
Повернувшись лицом, я обняла его за талию.
– Тебе же неудобно. Ты едва уместился в кровати.
– Не переживай. – Он поцеловал меня в кончик носа. – Мы просто будем спать.
– Серьезно? – с улыбкой спросила я.
– Да. – Его нос уткнулся мне в щеку. – Как бы ни хотелось оказаться между очаровательных ножек, мы в доме твоих родителей. Так что никаких шалостей.
Я удивленно засмеялась.
– Не верю, что ты серьезно.
– Но это так. Я не собираюсь выказывать такое неуважение к твоим родителям.
– О боже, – захихикала я. – Посмотрите, какой джентльмен.
– Замолчи. – Он прикусил мою губу.
У меня вырвался еще один тихий смешок.
– Я тут подумала…
– Ни за что.
Я шлепнула его по руке.
– Подумала, что девочки будут заняты своими делами и вряд ли соберутся на воскресный завтрак.
– Стыд и позор, – пробормотал он, покусывая мой подбородок.
Я усмехнулась.
– Так что мы могли бы уехать домой в субботу. На день раньше. Чтобы…
– Чтобы провести время наедине?
– Да, – прошептала я. – Как тебе идея? Если ты поможешь мне завтра упаковать книги, то мы сможем побольше времени провести с родителями и уехать пораньше.
Его рука скользнула по моему боку к бедру.
– Думаю, что это замечательная идея.
– Так и знала, что она тебе понравится.
Брок скользнул рукой мне за спину и прижал к себе.
– И что же навело тебя на эту мысль?
– Сама не знаю.
Влажный мускусный запах реки ударил в нос, когда мы вылезли из машины Брока вечером в субботу.
По дороге домой он предложил посмотреть его дом, и мы решили, что я переночую здесь. У меня еще осталась чистая одежда на завтра, к тому же хотелось наконец посмотреть дом.
В ранних сумерках Брок подхватил сумки, а я взяла переноску Рейджа. Кот зашипел, и я закатила глаза, шагая за Броком вверх по широкой лестнице, ведущей на просторное пустое крыльцо.
– Оно огибает весь дом? – спросила я. – Крыльцо?
– Почти. – Он достал свои ключи. – Доходит до французских дверей в столовой, откуда можно попасть на задний двор. Туда еще можно попасть из спальни на втором этаже.
– Ого! – пробормотала я.
Дом находился примерно в пятнадцати минутах езды от Шепердстауна, на темной и ветреной дороге, которая тянулась вдоль реки. Все дома, мимо которых мы проезжали, были огромными, поэтому я не удивилась, увидев массивный двухэтажный дом Брока.
Он открыл дверь, и где-то в глубине дома пикнула сигнализация. Свет загорелся, освещая пространство. Мы оказались в просторном коридоре, который вел в гостиную с открытой планировкой. Я видела почти весь этаж.
Брок поставил сумку у лестницы и повернулся ко мне.
– Ты же помнишь, что на кухне бардак?
– Все нормально.
