– Людмила Михайловна, – неожиданно меня осенило, – скажите, а не могло ли в доме остаться каких-нибудь вещей Марианны?
– Не думаю. – Хозяйка отошла от плиты, чтобы пополнить мой стакан. – Она ведь и не жила тут ни дня. Бедняжка. Так и не увидела, какую красоту хотел подарить ей любящий муж.
После плотного ужина и приличной порции самогона я прогулялся в саду возле дома. Потом попросил у хозяйки фонарик и снова полез на чердак. Самогонка сделала меня абсолютно бесстрашным. Очередная стая летучих мышей показалась мне безобидными мухами, которые прожужжали у меня над головой. Я даже помахал им вслед. Забираясь по ступенькам в темную комнату, я чувствовал себя супер-героем, который взял на себя ответственную миссию извлечь всех привидений из этого дома, из этой истории, из этой судьбы. Позже я вошел в роль художника, представил, каково это – потерять любимую женщину? Я прослезился, глядя на портрет Марианны, начал гладить ее по щеке и по волосам. Пока, наконец, не задел ногой подставку и картина не рухнула на пол.
Пытаясь водрузить шедевр на место, я наткнулся на полу на что-то мягкое. Посветив фонариком и пошарив руками, я обнаружил тетрадь и не поверил своим глазам – это был дневник Марианны. Я понял это сразу, как открыл первую страницу: «С тех пор как я встретила его, моя жизнь изменилась. Я поняла, для чего и для кого живу. Все мои действия и поступки обрели смысл... Я словно растворяюсь в нем, единственном...»
– Олег, Олег! – кричала мне мама. – Пора обедать. – Посмотри, нос-то уже совсем синий. Скоро отвалится!
– Не отвалится! – задорно кричал я в ответ. – Вот только снеговика доделаю. Смотри, какой большой получился! – Я смотрел на снеговика и никак не мог понять: как я, такой маленький, смог слепить такого огромного снеговика?..
– Олег, Олег, что с вами? – Снеговик медленно превращался в Людмилу Михайловну.
Я проснулся на полу. Под головой у меня лежала тетрадь, фонарик давно перегорел. Я помолился, чтобы все это мне не приснилось.
– Как вы здесь оказались? – недоумевала Людмила Михайловна. – Я же вам в доме постелила, а вы тут на полу, в пыли. Как же так?
Я открыл тетрадь: «С тех пор как я встретила его, моя жизнь изменилась...» Это действительно был дневник Марианны.
<p>Мария собственное дело </p>Открытие ресторана оказалось делом куда более сложным, чем представляла себе Мария. Но ее это ничуть не испугало. Она трудилась с раннего утра до позднего вечера, чтобы контролировать все процессы. Но даже ночью ее возбужденный мозг не мог расслабиться: ей снились счета и планы помещений, закрытые двери, ножи в холодном цеху и технологические карты.
