– Мне полдюжины отчетов надо подписать в течение следующих… – тут доктор с красноречием, достойным Аристофана, посмотрел на часы, – полутора часов. А время уходит.
– Смею вас заверить, доктор Сиакван, – примирительно сообщил Коллигатар, – что разойдемся мы очень скоро. А собрал я вас всех потому, что имею очень важное сообщение, которое мне не хотелось бы доводить до вашего сведения по обычным каналам. Вы все осведомлены, что мне угрожает серьезная опасность и что в течение некоторого времени я занимался исследованием моего вопроса.
Все промолчали. Раздалось, правда, несколько невежливых плохо скрытых стонов. Изабель Джордан уже включила свой терминал и едва ли слушала даже в вполуха: она играла в сложную математическую игру.
– Теперь я могу сказать, что понял природу угрозы и, вероятно, определил, откуда она исходит.
Тут уже все обратились в слух. Даже доктор Сиакван проявил, кажется, интерес вместо негодования, а Изабель Джордан забыла про игру.
– Так говори скорее, – сказал Ористано.
– Правда, есть многое, в чем я еще не вполне уверен, от меня ускользают некоторые детали, из которой составлена эта головоломка, но картина в целом для меня сложилась. Нет нужды беспокоить вас до тех пор, пока она окончательно не уляжется…
– Если нет нужды нас беспокоить, – сказала Джордан, – то была ли такая уж необходимость созывать нас всех сюда, чтобы проинформировать об этом факте.
– Я решил, что это поднимет ваш дух. Я сознаю, что именно эта проблема последнее время тяготила многих из вас. Угроза по-прежнему существует, но теперь я нахожусь в таком положении, что могу начать разбираться с ней самостоятельно.
К прежним стонам добавились усталые вздохи.
– Я продолжу отслеживать все дальнейшее развитие событий, имеющих отношение к этому, и по мере получения мною дополнительных фактов буду продолжать оповещать вас. Тем временем вы можете вернуться к исполнению ваших основных обязанностей, будучи успокоенными сознанием того, что события, наконец, берутся под контроль.
– Это никак не отразится, – спросил один из сотрудников, – на проводимых нами в настоящее время проверках вашей логической системы, не так ли?
– Никак не скажется, – ответил Коллигатар. – Конечно же, вы должны продолжать проверки, доктор Новотский, пока не получите требуемых результатов. Я с радостью помогу вам и вашим коллегам всем, чем смогу.
– Это хорошо, потому что мне хотелось бы провести еще ряд исследований.
– Уверен, что вы их проведете. Благодарю всех за внимание и заботу.
Голос умолк, и одновременно отъехала в сторону, открывая проход, входная дверь.
К выходу никто не поспешил.
– Вопросы есть? – поинтересовался Ористано, вставая.
– Едва ли, док шиех, – проворчал Сиакван, направляясь к двери. – Проклятье! Опять время потеряли.
Дюрапати подошла к Ористано.
– Тебе не кажется, что он все это время с нами играл, Мартин?
Он покачал головой.
– Коллигатар не умеет играть. Он слишком хорошо сознает ценность своего времени.
К ним присоединился Новотский.
– Извините, – начал он было по-русски. – Извините, товарищи, но мне вдруг пришло в голову: а не является ли все это тестированием нас на умственную устойчивость? То есть, может быть, машина нас проверяет?
– Я ничего не могу сбрасывать со счетов, – холодно ответил Ористано. – Но с таким предположением лично я, Алекс, не согласился бы. Я верю в машину. Следовательно, я должен также верить в существование угрозы. И точно так же я верю Коллигатару, когда он говорит, что все возвращается под контроль. Не знаю, как вам, а мне от сегодняшних известий стало намного легче.
– Эх, мне бы так, – и Новотский направился к выходу, оживленно разговаривая с Дюрапати Поннани.
Ористано побеседовал с каждым, прежде чем сотрудник уходил, словно пастор после воскресной службы. Сам он ушел последним. Дверь заперлась. Свет погас. Конференц-зал опустел, за исключением неявного присутствия в нем машины. Коллигатар взвешивал увиденное и услышанное, оценивал взгляды, выражения лиц, даже позы, в которых сидели его коллеги-люди.
Несмотря на ворчание, ушли они менее напряженные и более уверенные. А почему бы и нет? Даже самым недоверчивым из них, даже самому чуткому Мартину Ористано не пришло в голову подумать, что впервые за двести лет Коллигатар соврал персоналу, обслуживающему власть.
– Леди и джентльмены, пристегните, пожалуйста, ремни. Мы подлетаем к Лондону и начинаем снижение.
Эрик напрягся. Ему не терпелось возобновить поиски Лайзы. В полете у него имелось немного времени на размышления, и он решил, что лучшим способом попытаться напасть на ее след было повторить посещение местного терминала Коллигатара и задать те же самые вопросы, которые он задал в Нуэво-Йорке.
Эббот прислонился к холодному стеклу иллюминатора. Видно не было почти ничего. В это время года Британские острова обычно укутаны дождем.
«Не беспокойся, Лайза, – подумал он уверенно. – Не могут они навеки спрятать тебя от меня. Я не позволю им разлучить нас. Если потребуется, я весь мир обойду следом за тобой. Я даже покинуть его готов ради тебя».
