Она встала и несколько секунд дожидалась, пока не перестанет кружиться голова. В предыдущую ночь Зои спала не больше часа. Когда ей стало лучше, она поплелась на кухню, где перед нетронутой миской хлопьев щебетала Андреа. Мать стояла у кухонного стола, уставившись на тостер, выплюнувший два поджаренных ломтика.
– Мам, почему ты меня не разбудила? – спросила Зои.
– Она сказала, тебе нужно поспать, – чирикнула Андреа. – А я тоже хотела спать, но она сказала, что
Мать обернулась, и Зои увидела ее измученное лицо. Кажется, она тоже плохо спала этой ночью.
– Андреа, доедай уже свои хлопья. Мы опаздываем. Зои, я подумала, что ты захочешь сегодня остаться дома, – сказала она делано-бодрым голосом.
Зои вспомнила, как сломалась вчера.
– Ага, о’кей, – нерешительно произнесла она. – Мам, мне нужно кое о чем с тобой поговорить.
– О чем? – Мать начала резкими, раздраженными движениями намазывать на тосты плавленый сыр.
– Ммм… а мы можем поговорить в другом месте? – спросила Зои, многозначительно взглянув на сестру.
Мама посмотрела на часы.
– Зои, мне пора идти. И, я думаю, тебе стоит вернуться в кровать. Я всю ночь слышала, как ты бродишь по комнате. Давай поговорим вечером.
– Мама, это важно. – Она понизила голос. – Это насчет девушек, которые…
Глаза матери расширились; она крепко ухватила Зои за руку и потащила дочь из кухни.
– Куда вы идете? – пискнула Андреа.
– Солнышко, я вернусь через минуту, – сказала мать. – Ешь свои хлопья.
– Я не хочу сидеть одна.
– Андреа, я сейчас вернусь. И ты не одна. Мы в соседней комнате.
Как только они отошли от кухни подальше, мать прошипела:
– Я же просила тебя не говорить об этом при Андреа.
– Поэтому я и сказала, что нам нужно поговорить отдельно, – сердито ответила Зои. – Послушай, мне ночью кое-что пришло в голову. Насчет этих убийств.
– Милая, это вполне естественно…
– Мам, послушай меня на секунду.
Мать замолчала. Зои пыталась выстроить свою речь, мысли, которые скакали в голове. Ночью все казалось очень четким и ясным, но сейчас походило на кучку смутных, полуоформленных идей.
– Мне кажется, я знаю, кто может быть убийцей, – сказала она дрожащим голосом.
Мать вытаращилась на нее, но молчала.
– Несколько недель назад, после… смерти Джеки я была на пруду Дюрана.
– Что? – Голос матери стал резким, гневным. – Зачем ты туда пошла? Ты была с подругами? Я же сказала тебе…
– Я была одна, мам, на велике. Всего пару минут.
– Зачем? Ты хочешь умереть, как… как… – Губы матери задрожали.
– Мам, послушай. Я видела там Рода Гловера.
И тут она осознала, что для исчерпывающего объяснения матери, о чем идет речь, ей придется рассказывать о серийных убийцах, мастурбирующих на месте преступления. Нет. Это никуда не годится.
– Он там был. В смысле… ты знаешь, что серийные убийцы иногда возвращаются на место преступления? – беспомощно спросила Зои.
– Ты думаешь, что убийца – Род Гловер? – Мать уставилась на нее. – Потому что ты видела его у пруда? Зои, сотни людей…
– Это не всё, – торопливо произнесла она. – Существует контрольный перечень для психопатии. Я узнала об этом… в школе. И Род подходит под некоторые пункты.
Мама выпрямилась. Зои поняла, что проигрывает.
– Вроде чего?
– Ну, вроде… необычное обаяние, и… – Она пыталась вспомнить список, но мысли путались, и она чувствовала, как растет паника. – Он странный. Я слышала, как ты однажды сказала это папе. Ты же знаешь, что он странный, правда? И он был у пруда. Он был… он… он сказал мне о пожаре, и я думаю, он врал и…
– О ком вы говорите? – спросила Андреа из кухонной двери.
– Ни о ком, – быстро сказала мать напряженным голосом. – Ты доела хлопья?
– Не все. Некоторые склизкие.
– Ладно, иди чисть зубы. Нам пора ехать.
Андреа помчалась в ванную, а мать обернулась к Зои.
– Послушай, – тихо сказала она. – Я понимаю. Умерла сестра твоей подруги, и тебе больно. Мы найдем кого-нибудь, чтобы ты смогла поговорить…
– Мам. Дело не в этом. Она мне даже не подружка.
– Но до тех пор, – возвысила голос мать, не обращая внимания на помеху, – я хочу, чтобы ты отдыхала, и не смей никуда ходить в одиночку. Зои, там убийца. Ты понимаешь? Он убивает девушек вроде тебя, и он… он… их сначала насилует. Я знаю, тебе кажется, что с тобой не может такого случиться, но это
– Но… ты кому-нибудь скажешь про Рода Гло-вера?
– Милая, Род Гловер – приятный парень. Немного странный, правда, но это еще не делает его чудовищем.
– Мам, убийца не чудовище. Он…
– Нет, – яростно прошептала мать. – Он – чудовище.
Запасной ключ от передней двери мистера Гловера плавно повернулся в замке. Ее родители обменялись ключами с Гловером год назад, на случай каких-нибудь чрезвычайных обстоятельств. В тот момент это казалось очень разумным поступком. Гловер мог заскочить и проверить, не оставила ли мать включенной плиту, тревога, которая не один раз заставляла ее раньше времени мчаться домой. Но сейчас от мысли, что у Рода Гловера есть ключ от их дома, Зои начинало знобить.
