– Я бы не стал убивать мистера Райлота, – продолжал Солт-младший. – Он слишком похож на меня,– вздохнул он. – Еще в юности Нелл и я любили друг друга, но её отец всячески пытался отдалить её от меня. Вскоре, её выдали замуж за Питера Лотерфей. Он был тогда молодым, дурным, буйным… Но богатым. Её отцу было всё равно за кого, лишь бы не за меня… Но Питер, с годами, поумнел – так она писала мне в письмах, и я был за неё рад… – Лестер покачнулся и упал, невольно закрыв руками лицо.
– Нет! – рявкнул старший сыщик, кидаясь к нему и хватая за руки.
Все остальные стояли в немом изумлении, наблюдая эту картину. Сид грубым движением разжал ладонь преступника и в злобе взглянул ему в глаза.
Лестер Солт лежал на земле, ехидно улыбаясь, щуря смеющиеся глаза. Постепенно, его взгляд стал гаснуть, а в уголках рта выступила пена. Вскоре, он перестал дышать.
– Яд, – прошептал доктор Морисон.
Джеррард Солт в ужасе смотрел на бездыханное, мёртвое тело брата, становясь бледным, как и тот.
Хоупер поднялся на ноги, схватившись за простреленную руку, – рана вновь открылась.
– Что с ним случилось? – опешил Бенжамин.
"Принял яд," – понял Тобиас Франк, ему было ничуть не жалко того преступника.
– Лестер проделал отвлекающий манёвр,–выдавил Хоупер, сжавшись от мучительной боли. – Он упал. А когда закрывал лицо руками, сунул в рот таблетку. Я не успел его остановить.
К нему подошёл Бен и заботливо подставил плечо. Сид расслабился, оглушенный болью.
– Ну, что ж, – проговорил мистер Нирсон. – Всё ясно. Дело раскрыто.
Хоупер сидел за письменным столом, облокотившись на спинку кресла и закинув ноги на стол. Левая его рука была полностью забинтована, а правой, он чесал затылок.
В комнате было светло. За окном стоял ясный зимний день, в раскрытое окно лился желтый солнечный свет, образуя особые узоры на ковре.
Сыщик убрал ноги со стола и подвинулся ближе. Достал лист бумаги и обмакнул перо в чернила, он начал писать.
