“Обязательно. Как только ты достанешь из его куртки книжку и покажешь что же в ней такого значимого.”
Подойдя к мёртвому человеку, он не без отвращения стягивает с него куртку, и немного покопавшись, достаёт столь значимую для них книжку.
“И что же там такого важного?”
Только открыв первую страницу, Йохан с изумлёнными глазами мигом подходит к напарнику, со счастливой улыбкой на лице говоря: “Кажется, мы сорвали банк”.
В предвкушении открыв первую страницу, Юрген со все теми же удивлёнными глазами читает название:
“История нашего преступления.”
“Ты прав, мы сорвали банк” — радостно проговори это, поехав обратно на помощь к Гансу.
А в соседней северной стране, молодой юноша по имени Евгений просто сидел себе на диване, толком не зная чем себя занять. Уже как второй день он не ехал к дяде, потому как сам не ожидал чего о себя ожидать, и для его безопасности, решил сегодня остаться дома.
На часах стояло время только в пять часов часа дня, и самое обыкновенное сидение на диване, его только ещё больше раздражало вызывая ненависть к самому себе.
“Чтож, мне нужно чем-то заняться” — уверенно заявил Евгений.
Обойдя всю квартиру, он ещё раз протёр полы, убрал пыль и перемыл посуду, хотя его квартира в этом особо не нуждалась. Взявшись за учебник, его голова в ту минуту словно на отрез отказывалась принимать всю информацию данную в ней. А потому, более чем на 10 минут разглядывания картинок его это занятие затянуть не сумело.
“Может посмотреть телевизор” — с энтузиазмом сказал себе Женя.
Включив “чудо-коробку”, он моментально переключает канал с новостями где остановился в прошлый раз, потому как уже боялся вновь ужаснуться от происходящего в мире вокруг.
На протяжении двадцати минут бесцельного листания каналов, он разочарованно произносит: “Что-то, даже и смотреть нечего”
Выключив телевизор опустив голову, он расстроенно заявляет:
“Да, всё херово”
Вновь подняв голову, он оглядывается вокруг себя, пустая комната, ничего нового всё как обычно, только окутанная всё тусклыми серыми унылыми красками, и тут то…, он вновь глядит в окошко. Подойдя к нему, к нему, он видит дворик своего дома, видит играющих не ней отца с ребёнком, а также серые унылых краски пасмурного дня.
“Как обычно выйти? Как обычно выйти” — с тоской говорит Евгений.
