Мирек поднял руку и повернул голову.
— Почти три. Австралиец оказался прав: его снадобье действует действительно около десяти часов.
Она заметила немного взволнованным голосом:
— По идее, мы скоро должны быть на месте.
Мирек резко ответил:
— Это зависит от того, сколько нам пришлось простоять на границе. Может быть, мы торчали там целую вечность. Так что вполне возможно, что в роли «сардин» нам придётся выступать ещё несколько часов. Нужно постараться выдержать это.
Она жёстко ответила:
— Я смогу продержаться столько же, сколько и ты.
Но им пришлось ждать всего полчаса. Они почувствовали, что грузовик свернул вправо. Судя по количеству ухабов, это была какая-то второстепенная дорога. Мирек, у которого в памяти хранился подробный маршрут, сказал:
— Разъезд Бловице.
Минут через пять грузовик притормозил и ещё раз свернул вправо. Эта дорога была ещё более неровной, но им не пришлось долго страдать: буквально через минуту грузовик остановился. В течение следующих десяти минут они ничего не ощущали, затем услышали слабый стук двери, который должен был означать, что водитель вылез из кабины. Ещё минуту спустя лёгкий и прохладный воздух ворвался в их темницу, и оба они вздохнули с облегчением. Мирек повернулся и посмотрел в сторону входа в тайник. В отверстии он увидел бородатое красное лицо австралийца.
— С вами всё в порядке? Проснулись вы или нет?
Аня и Мирек в ответ пробурчали:
— Все нормально.
— Отлично. Мы добрались быстрее, чем я предполагал, так что я опасался, что вы до сих пор спите. Так, ребята, а теперь вылезайте отсюда к матери-природе в гости. Сперва дамы.
Он схватил Аню за лодыжки и вытащил её наружу. Она не могла держаться на ногах без посторонней помощи. Водитель подхватил её под мышки, перетащил через дорогу и посадил на лежавший ствол дерева. Когда он обернулся, Мирек уже вылез и стоял, привалившись к грузовику. Австралиец залез в тайник, достал оттуда сумку и поставил её Миреку в ноги.
— Ну ладно, дружище, мне пора.
Мирек оттолкнулся от грузовика, прошёл несколько шагов и наконец выпрямился.
— А ты уверен, что это то самое место?
Представитель Зелёного континента уже бежал к кабине, бросив на ходу:
— Конечно. До Бловице четыре километра, если идти вон через тот холм.
Мирек огляделся вокруг. У подножия холма стояла маленькая рощица, которая отложилась у него в памяти по карте. Он махнул австралийцу. Тот запрыгнул в кабину и хлопнул дверью. Двигатель он не выключал.
— Удачи! — крикнул водитель из окошка. Взвыл мотор, и грузовик рванулся вперёд, чуть не задев сумку Мирека.
Австралиец, собственно говоря, и не ожидал никакой благодарности. Всё, что он хотел, лежало в маленьком тайничке в кабине. Это были десять пластин чистого золота.
Мирек взял сумку и повернулся к Ане.
— Пойдём, нам нужно побыстрее убраться с дороги.
Он подошёл к ней, чтобы помочь, но она отвела его руку, решив не давать повода подозревать её в физической слабости.
Был ясный, но довольно прохладный день. Вдалеке виднелись опрятные поля, но у них под ногами земля была необрабатываемой и явно неплодородной. Тот тут, то там росла островками трава да какие-то худосочные кусты.
До рощицы они добрались за полчаса. Метров через четыреста — пятьсот они вышли на просёлочную дорогу, по которой, видимо, ездили только деревенские телеги. К этому моменту занемевшие конечности у обоих отошли, и они почувствовали себя бодрее. Трава тут была зеленее и сочнее, и через некоторое время они услышали звук журчащей воды. По склону холма протекал небольшой ручей, теряясь среди деревьев и затем сбегая в поле. Аня подумала, что летом, в выходные, это, наверное, очень популярное место для проведения пикников.
Они присели у ручья. Мирек посмотрел на часы и объявил:
— Первая наша встреча — через двадцать минут. Я очень надеюсь, что она состоится и пройдёт без помех.
Он поставил сумку на траву между ними. Аня наклонилась и достала оттуда свою туалетную сумочку. Она вынула из неё пузырёк с аспирином, выложила на ладонь три таблетки и протянула Миреку. Он взял их, одобрительно хмыкнув. Затем она вынула пластмассовую бутылку с водой. После того как Мирек проглотил свои таблетки, она тоже взяла две, выпила их и поднялась, отряхивая брюки.
— Я хочу пройтись, чтобы немного согреться.
