Небо, я так молю тебя, не забирай к себе мое дитя. Не зови в свои врата мою любовь. Не называй их имен перед своим судом. Я не смогу последовать за ними следом, но и жить без них не буду. Не разлучай. Иначе для чего ты свел нас вместе? Чтобы мы боролись? Чтобы наши предки узнали еще одну красивую историю о любви до смерти? Во имя первых волков, помоги нам!
Он прикрывает глаза; глажу его по волосам и улыбаюсь. За окном светит луна. Господи, аж выть хочется! Кровь предков. И он, Билл, такой ранимый. Именно сейчас, когда он мой, но принадлежит другому. И почему все именно так? Почему тот, кто пишет нашу судьбу, вроде как убогий автор, почему все так? Разве не может быть иначе? Чтобы вечное солнце, чтобы рядом он и никаких запретов. Чтобы все легко и нежно. С любовью. Но о чем я говорю...
-Как ты хочешь их назвать?- Тихо спрашивает он, накрывая мою ладонь на своем животе.
-Не знаю.- Целую его щеку, второй рукой, свободной от его живота, я перебираю длинные волосы, что рваной волной лежат на подушке.- А ты как хочешь?
-Одного явно будут звать Том, сто процентов!
-Нет, не Том... Знаешь, я знаю двух Томов. Того, которого заколол родной брат и второго, которого отлично наколол его омега. Шутник блин.- Целую его в нос.- Так что давай без Томов?
-Ну, вот...- Он улыбается, прикрывая глаза.- Тогда пусть будет Нил и Рим? Я слышал такие имена...
-Первое – река, второе – мелкое поселение. Нет, мои Альфы будут носить имена богов...
-Зевс?
-Зевс? Кто это?
-Дубина! Это Бог в мифологии...
-А, так я не в прямом смысле же! И сам дубина!- Веду ладонью по животу и спускаю ее на пах брюнета. Тот дергается снова.- Что такое?- Сжимаю пальцами его плоть.
-Ты меня там никогда не трогал...- Вижу, как в слабом свете ламп яркой краской горят его щеки.
-Трогал. Не ври...- Мну в руке расслабленный член, вожу по нему вверх, вниз...
-Рональд сказал, что ты хороший. И заботливый.
Я чуть посмеиваюсь:
-Я всегда подозревал, что беты глупы и не видят дальше своего носа, но чтоб настолько.
-Что ты жалуешься? Нам на руку его недоразвитый мозг.
Мы тихо смеемся и замолкаем. В комнате снова воцарилась тишина. А я снова глажу теплый животик, вожу пальцами второй руки по волосам моего омежки и неотрывно смотрю в его лицо. Он смотрит на меня. Улыбается. В эти уходящие в небытие моменты мне думается, что мы справимся. Что то спокойствие, которое обволакивает мое сердце, обволакивает и его крошечное сердечко. И наших малышей. Во всем нужно искать свои плюсы, сложившаяся вокруг нас ситуация, я думаю, закалит наши отношение как ничто другое. Ни время, ни ложь, ничто... Сильней запретов не бьет ничто. Находиться рядом с ним вот так вот близко, но одновременно далеко... Это самое ужасное...
Мы лежим на кровати, полностью обнаженные, не прикрываясь одеялами. Он все так же смотрит в мое лицо, касается его своими тоненькими пальцами. Он так смешно морщится, когда я дую в его мордочку, улыбается и прикрывает глаза. Я скольжу ладонями по его волосам, иногда задевая его ушко, в такие моменты я сжимаю его меж своих пальцев и довольно улыбаюсь. Билл закидывает на меня одну ногу, что наводит меня на определенную мысль:
-То, что я с тобой сегодня сделал, это никак не отразится на детях?
-Нет.- Урчит он, прикрывая глаза, а моя ладонь осторожно чешет его за ушком. Вот же животное.- Доктор говорил, что секс опасен только в неумелых руках. Бете я запретил даже думать об этом...- Он открывает глаза, впиваясь взглядом в мое лицо. Я перестаю гладить его за ухом, немного отстраняюсь:
-Ты переспал с ним после твоей течки?
-Да...
Я отстраняюсь от него еще больше. Укладываюсь спиной на кровати, руки под голову, гляжу в потолок:
-По мне,- говорю я,- секс омеги и беты - это извращение. Ну ладно еще, когда омега девушка... Но парень – у кого-то точно что-то не так с головой.
-Я тоже так считаю.- Поворачивается набок и устраивает свою голову у меня на плече.
-Но ты с ним спал...
-Это было один раз и длилось не больше пятнадцати минут.
-Так мало?- Вскидываю бровь. Гляжу на кивающего брюнета.
-Да. Поэтому после тебя я сильно разочаровался во всех бетах страны.
-Не смог он тебя удовлетворить, да?- Тыкаю его в пузо пальцем.- Конечно, за пятнадцать минут такое потомство не заделаешь...- Смеюсь, склоняюсь к животику и целую его.- Что они сейчас делают?
-Пару часов назад затихли, значит, наверно спят.- Как-то беззаботно говорит он.
-Они прямо там спят?
-И играют, и воюют.- Гладит меня по дредам.- Они очень проворные и сильные. Если бы я не пил ту самую траву, то все, включая омег, знали бы, что у меня там сидят Альфы.
-В папку все!- Снова целую живот и возвращаюсь на подушку.- Сколько ты тут пробудешь?
Билл кивает на часы за моей спиной. На них уже три часа ночи.
-Еще чуть-чуть, после четырех утра его сон становится чутким, он рано встает.
-А завтра придешь?
-Приду.- Он утыкается носом в мою подмышку.- Но я так не хочу никуда идти...
-Да, таскать такое пузо. . . Я когда в первый раз увидел – офигел. Я не мог понять, как твои тоненькие ножки в силах таскать такой груз...
-Тоненькие не значит слабые.
