Конечно, хозяйственные и партийные руководители заводов делали все, чтобы облегчить условия труда и жизни рабочих и служащих, хорошо понимали важность этой задачи. Но все равно условия по-прежнему оставались чрезвычайно сложными. Продолжалась война…
Да, шла война, война жестокая, не на жизнь, а на смерть. Но в наших сердцах все больше крепла не покидавшая нас даже в самые трудные для Родины дни уверенность в победе. Пожалуй, в каждой советской семье как дорогие реликвии хранятся письма с фронта и письма, которые приносила полевая почта фронтовикам и которые им удалось сберечь в пламени боев. Бережно хранятся письма воинов и тружеников тыла периода Великой Отечественной войны в государственных архивах. Перечитываешь эти волнующие до глубины души документы — и словно приникаешь к чистому, светлому роднику несгибаемого народного духа.
Передо мной — некоторые из писем тех лет. Одно из них — бойцам Ленинградского фронта от оружейников из города на Неве; написано оно в сентябре 1941 года. «…Стойкость, железная выдержка, упорство, — пишут рабочие, — вот качества, которые с особой силой проявились в каждом из нас в эти грозные дни… Мы не одни, боевые друзья и товарищи. Вся страна, весь народ с нами…» А вот строки из другого письма, с которым коллектив цеха № 48 завода «Большевик» обратился к трудящимся Москвы. Это письмо было отправлено в столицу в октябре 1941 года. Подчеркиваю: в октябре сорок первого. Участники войны хорошо помнят, какое неимоверно трудное это было время. Фашистская пропаганда взахлеб предсказывала скорое падение Москвы и полную победу германского оружия. И именно тогда ленинградские рабочие писали москвичам: «Не ступать фашистскому кованому сапогу на московские мостовые, не пить гитлеровским людоедам воды из Москвы-реки, не есть им московского хлеба! Весь наш народ постоит за свою родную Москву. Лютую смерть и холодную могилу найдут фашистские орды на русских равнинах от Орла до Москвы…»
Сама история подтвердила великую правоту этих строк.
И еще одно письмо ленинградских оружейников. Оно написано более чем через год, 19 января 1943 года — на следующий день после прорыва блокады Ленинграда. Обращаясь к воинам Ленинградского и Волховского фронтов, оружейники писали: «В самые тяжелые дни блокады, в дни голода и холода, всюду, где бы мы ни находились — в холодных, мрачных цехах, обжигая руки о леденящий металл, на строительстве оборонительных рубежей… мы ни на минуту не теряли веру в победу над ненавистным врагом…»
Что могут противопоставить этим и другим таким же документам Великой Отечественной войны буржуазные фальсификаторы истории? Это та самая правда жизни, перед которой бессильны любые попытки доказать «случайность» поражения немецко-фашистских захватчиков, его обусловленность географическими, климатическими и другими подобными «факторами». В нашей победе нашел убедительное подтверждение непреложный закон войны, сформулированный В. И. Лениным: «Побеждает на войне тот, у кого больше резервов, больше источников силы, больше выдержки в народной толще»[22].
Не о такой ли замечательной выдержке говорят эти письма? Нельзя не видеть, не чувствовать, не слышать, что они наполнены спокойной, глубокой уверенностью в правоте дела коммунизма, в его непобедимости. А это и в прошлом, и в настоящем, и в будущем главный залог нашей силы — силы созидательной, преобразующей мир во имя человека труда, и силы военной, которая является непреодолимой преградой для тех, кто стремится к завоеванию мирового господства.
В конце декабря 1942 года на заседании ГКО были рассмотрены итоги работы советской экономики в первом периоде войны. После доклада Н. А. Вознесенского поднялся Сталин.
— Кризис в состоянии народного хозяйства страны мы, можно сказать, преодолели, — сказал он. — Товарищ Вознесенский доложил, что выпуск боевой техники в Советском Союзе в настоящее время по всем показателям превосходит выпуск вооружения Германией и ее сателлитами. Но враг все еще силен. Гитлер понял, что «молниеносной войны» у него не вышло. И если после лета и осени сорок первого года он дал указание о сокращении военного производства, то теперь принимает лихорадочные меры для его расширения. Не случайно во главе военного производства поставлен Шпеер, а соответствующие органы вермахта введены в состав германского министерства вооружений и военной промышленности. Нам хорошо известно о том, что фашистское руководство перераспределяет ресурсы, проводит насильственную мобилизацию населения оккупированных стран. С весны этого года начался массовый угон в Германию наших граждан с захваченных фашистами территорий. Широко используют гитлеровцы и труд военнопленных. Все это, по существу, дармовые источники людских ресурсов. Эксплуатируют их как рабов, хуже рабов.
Сталин помолчал, оглядел нас пристально и неторопливо.
