А вот и моя подруга. Как обычно заглянула в мой класс на большой перемене перед обедом. Кстати говоря, каждый день она придумывала что-то новенькое. Вот сегодня связала вальс со скоростью, хотя это явно не лучшая из её работ. Я вырвалась из класса, и мы вдвоём направились в столовую, обсуждая по пути предстоящее культурное, опять же со слов моей подруги, мероприятие:
- Сегодня в девять он за нами заедет.
- На машине?
- Нет, на велосипеде!
- Ой, да ладно тебе. Просто, не кажется тебе это слишком уж…
- А ты хочешь в том платье идти по тёмным переулкам Франклина от нашего района до центра и обратно?
Нет, ну если посмотреть с этой стороны, то идея не такая уж и плохая. Даже моя андрофобия меркнет на фоне быть ограбленной или изнасилованной, а может и то, и другое вместе. Правда, нет гарантии, что парень Шоны не сделает того же. Они ведь встречаются совсем недавно и ещё не в курсе подсознательных желаний друг друга. И с каких это пор я стала семейным психологом? Что ж, у меня вроде как здорово получается. До тех пор, пока не придётся давать советы себе родимой.
В столовой мы заняли небольшую очередь и принялись выбирать сегодняшнюю трапезу. Размер блюд был не ограничен, как, впрочем, и выбор. Здесь можно было бы найти всё, чего душе угодно: от суши до русского борща. Ещё один замечательный плюс этой школы. Иногда мне кажется, что минусов тут вообще не бывает. Вот бы так было на самом деле. Но всё же приходится трудиться в полную силу, чтобы одолеть материал повышенной сложности и не вылететь на улицу.
- Стейк средней прожарки, запечённые овощи, два клубничных пирожных и мятный коктейль.
Девушка за стойкой оперативно начала собирать заказ Шоны в бумажный пакет с эмблемой школы – глобусом с крыльями. Закончив этот процесс, раздатчица поставила на поднос блюдечко с двумя маленькими, размером с конфеты, пирожными. Другой работник добавил к заказу пластиковый стакан с трубочкой, салфетку и столовые приборы. Шона удалилась за наш обычный столик, а я заняла её место. Обычно моему желудку угодно чего-нибудь мясного и с сыром, но сегодня что-то настроение не то.
- Блинчики с творогом, кленовый сироп, банановый кекс и какао.
Буду разыгрывать сладкоежку. Не то чтобы я очень люблю сладкое, но сами подумайте, кто ж откажется от бананового кекса? К тому же ещё и с какао. Здесь его делают просто превосходно. После разлива горячего шоколада, сверху тебе кладут три маленьких зефиринки. Это как в том детском мультфильме про уток. И я бы вспомнила название, если бы смотрела его. Не слишком люблю фильмы, да и книги мне чужды. Вот сериалы – это дело наше.
- Глядите-ка, кто объявился. Крошка Скиппи мчится к папочке. Какое блаженство и бля*ство.
- Я смотрю, ты в хорошем настроении.
Неужели, этот самый голос. Сама не веря своим ушам, я повернула голову, стараясь не слишком выдавать своего интереса к происходящему. А вдруг, это не он. Тогда буду выглядеть полной дурой. Ну, в общем-то, я в любом случае буду выглядеть глупо, так что не суть важно. Мои глаза напряглись, но что-то внутри расслабилось. Айк в своём привычном состоянии не слишком любезно беседовал с Младшим. У них вроде бы были какие-то претензии друг к другу на счёт Минди, названной девушки Барроумена. Помнится, Джон даже как-то зажимал Айка во дворе. Я еле ноги унесла, чтобы не огрести за свидетельство.
- Не, ну ты вообще не вкуриваешь. Ещё раз увижу рядом со своей шкурой, запихну кулак в задницу так, что ты мой перстень целовать будешь. Я ясно излагаю?
- Шепелявишь немного, да и непонятлив я.
Твою мать, Айк, не строй из себя тупого недоумка! Ах да, о чём это я, тебе же даже не нужно его изображать. Просто заткнись, возьми обед и спокойно пожри. Бесишь со своей гордостью. Надеюсь, по мне не видно, что я злюсь. Лишь бы не было видно, молю. К моему большому удивлению в разговор встряла совсем не подходящая для него личность – Минди:
- Ну ты и засранец. Отвали от меня. Я не твоя девушка и уж тем более не шкура.
- С тобой я потом разберусь, деточка.
- Джон.
- Что?
- Раздражаешь.
*ЗВУК: ШЁПОТ И УДИВЛЁННЫЕ ВОЗГЛАСЫ ТОЛПЫ*
Последнее, что хотелось бы услышать Младшему Барроумену, так это то, что он кого-то раздражает, ведь раздражать – это его работа. Джон, пользуясь положением своего отца и не забывая про тактику запугивания, является школьным мафиози номер один. В нашем классе, к примеру, не было никого, кто бы симпатизировал ему, однако старшеклассники более или менее отходчивы и непривередливы в выборе влиятельных друзей. И хотя отец шалуна всячески подавлял бунтовской характер сына, последний совсем не менялся, если не становился хуже. Пожалуй, он бесит меня больше, чем Митчелл. Да, есть такие люди. Айк, отнюдь, не пуп земли.
- А ты забавный. Знаешь что, разойдёмся мирно.