Обидно, что в такой ситуации и позвонить-то больше некому. Одиннадцатый класс. Могла бы уже и парня завести, ведь почти у всех моих знакомых уже давно какие-никакие отношения. Бррр, они такие страшные и шумные. Зачем оно мне? Ну не знаю. Говорят, это приятно, когда кто-то заботится и думает о тебе больше, чем о себе. Но сколько бы раз я не спрашивала подробностей, мне всё время отвечали, мол, сама пойму, когда произойдёт. Ну, или так и останусь старой девой.
- Раздражаешь.
Нет, нет, нет! Сгинь, чёртов недоумок! Потеряйся нахрен! Изыди! Не хочу, чтобы это опять происходилооооооо. Блин, прямо плачу в душе. Это странное дежавю, в котором я его раздражаю. Хоть и понимаю, что не виновата, но всё равно не по себе. Такое чувство, что его слова… Не знаю, как описать. Есть голые слова, которые люди бросают просто так, не задумываясь о смысле. Тут же полная противоположность. Одетые слова? Изврат какой. И как только моё воображение не разрушает мне психику.
Айк сел рядом со мной. Его уши были заткнуты наушниками, а голова еле заметно кивала в такт звучащей музыке. Даже представить не могу, что там за мелодия. И всё же, он дурак. Такая жара, а Митчелл в кожанке и всё той же небрежной рубашке с расстёгнутыми верхними пуговицами. Если подумать, я ещё никогда не разглядывала его с такого близкого расстояния. Шею прикрывает высокий воротник, но даже так она всё равно видна. Грубые мужские плечи, выразительный подбородок и слегка вытянутое лицо, а еле заметная щетина делает скулы немного темнее, чем они есть на самом деле. Значит, хорошо ухаживает за собой. Опрятный социопат, но рубашку застегнуть забыл. Волосы тоже ухожены, но по странному. Голова чистая и от неё приятно пахнет свежестью, но сама причёска беспорядочна. Белые завихрения волос разбросаны по всей черепушке совершенно в разные стороны, но при этом сохраняют единство общего направления. Глаз с такого ракурса не видно. Кроме того, я стесняюсь смотреть прямо в них. И чего это он подсел?
- Долго будешь разглядывать?
- Прости.
Да за что я извиняюсь? Имею полное право знать, кто сидит со мной на одной скамейке. Да и это же мой одноклассник. Как-никак я должна знать в лицо тех, с кем учусь. Точно. Не хочу быть похожей на Митчелла. Три дня в одном классе, а он не то, что имени, лица не запомнил. Вот же… Слово подобрать не могу. Не урод, но и не тупица. Что-то среднее между ничтожеством и кретином. Хотя, есть ли смысл так распыляться на простое оскорбление?
- Почему тебя никто не забирает?
- Папа на работе, а подруга не отвечает.
- Тогда иди сама.
Чего? Вот же недалёкий болван! У меня нога болит, если ты не заметил. Ах да, конечно, куда уж вам, сеньор ваше превосходительство. То, что простые смертные болеют, ему и не снилось. Неужели кто-то способен настолько плохо понимать чувства других людей. Да даже если так, понять-то можно, что подвёрнутая лодыжка — это больно. Мозг же не усох, или я ошибаюсь?
Айк расстегнул молнию и полез в свою чёрно-синюю сумку. Он шарил руками где-то во внутреннем кармане, а я тем временем ненароком подсмотрела. Идеальный порядок. Да даже у меня такого никогда не было. Хотя, о чём это я. Лесли Адамс любовью к чистоте не отличалась с рождения. Если кто-то хоть раз бывал в моей комнате, то тут же начинал косо смотреть на меня. Но таких случаев было не много. Я же не вожу всех, кого попало. Только лучших подруг. Наконец-то Митчелл достал алюминиевую банку с охлаждающим напитком и одним движением руки открыл её. Его губы жадно впились в содержимое, а голова даже вверх поднялась, давая мне разглядеть очень мужественную шею. Неожиданно для меня, он косо посмотрел в мои глаза и подавился.
- Кха, кхе! Манерам не учили? Так смотреть, когда кто-то пьёт.
- Да я вообще не на тебя смотрела! Просто пить хочется! И это ты из нас двоих балда невежественный. Хм.
Я демонстративно отвернулась и даже немного подвинулась к краю скамейки. Это ж надо, не понравилось, как я на него смотрю. Тоже мне самомнение. В такую жару я и бредить могу, столько сидя под солнцем с непокрытой головой. Ну, хоть мои длинные волосы на что-то сгодились. А то я уже пару раз думала их отрезать. Всё-таки до пояса – слишком уж.
*БЗЗЗЗЗЗ*
Телефон в моём кармане завибрировал. Блин, Шона, не сейчас. Он же мой рингтон услышит! Аааа. Это же детская песенка! Стоп, Айк уже в наушниках? Мне нечего бояться и это здорово. Со спокойной душой я подняла трубку:
- Прости. Телефон на беззвучном стоял. Что такое?
- Да я тут в парке умираю! Хочу, чтобы ты меня забрала.
- Что случилось?
- Ногу подвернула.
- О, наверное, больно.
- Нет, блин, приятно!
- Да не злись ты так. Сейчас зайду за тобой.
- Давай уже. И так завтра студсовет решит, что я домой свалила.
- Да плюнь ты на них. Здоровье важнее. В общем, включай режим «Хатико».
