У нас действительно был разговор. Но это было до простуды. А после нее я испугалась за дочь и теперь просто не могу сидеть и ждать. Я должна знать наверняка, что мой ребенок здоров.
- У нее человеческое тело - подверженное человеческим болезням. Пусть и на крови. А если с ней что-то не так? Пусть хотя бы посмотрит!
Он молчит. Я чувствую, как его нежные руки сжались вокруг меня и понимаю, что это тяжелое решение.
- Хорошо, пусть посмотрит.
- Мы поедем завтра.
- Я завтра не могу. Я должен быть с ребятами на полигоне. Может послезавтра? - предложил он с тревогой в голосе.
- Прости! - виновато опустила я голову - У него по записи. Я записалась на завтра.
- Ты уверена, что ты хочешь этого сделать? - спросил он поворачивая мою голову и глядя в мои глаза.
- Да!
- Хорошо, только будьте осторожны - сдается он, но я вижу беспокойство в его глазах.
Поэтому я только кивнула и, прижимаясь к нему крепче, прошептала:
- Я люблю тебя!
- А я тебя - уловила я улыбку в его голосе и спокойно уснула.
Утром я смотрела, как он несет дочку к машине и что-то с ней обсуждает. Девочка улыбалась и казалась такой счастливой. Но стоило им подойти к машине, и ее лицо стало серым, а глаза стеклянные.
Видение! Опять!
- Надя! - подбежала я к дочери, но она уже очнулась.
Оглядевшись вокруг, моя дочь грустно улыбнулась, будто прощаясь с окружающим ее миром. Потом внимательно посмотрела на отца и прижалась к нему. И только потом посмотрела на меня.
- Все хорошо, мам, все будет хорошо! - улыбка была печальной, а в глазах был совсем не детский ум и отчаянье - Поехали.
- Ты увидела что-то плохое? - спросил ее отец, внимательно глядя на нее и не отпуская с рук.
- Нет, пап, я просто увидела что будет. И все будет хорошо - она пыталась улыбнуться, но это ей явно не удавалось
- Может перенести встречу? - встревожено предложила я.
- Нет! - отрезала дочь жестким тоном, от которого по моей спине пошли мурашки - Мы едем, иначе нельзя!
И мы поехали. Я видела, как она в последний раз прижалась к отцу и поцеловала его в щеку. А потом я завела мотор.
На то чтобы доехать до нужной деревни, у нас ушло три часа. Дочка сидела тихо и будто наслаждалась минутами рядом со мной. Ее личико было печальным, но в глазах была тревога, страх и беспокойство.
У врача она вела себя как любой другой ребенок. Немного стеснительно, немного капризно, но при этом воспитано и послушно.
Осмотрев ее, врач уверил меня, что моя дочь здоровый крепкий ребенок. И я со спокойной душой поехала домой. Но уже через двадцать минут поняла, что у нас проблемы. За нами ехали. Три машины и в них явно сидели недоброжелатели.
- Надь, я сейчас поеду быстрее, ты держись, ладно! - медленно набирая скорость, велела я дочери, а когда убедилась, что ребенок крепко держится, и пристегнут, резко нажала на газ.
Машина рванулась вперед. Если бы я была одна, я бы может и бросила машину и даже могла принять вызов, но я была с дочерью, а она была куда слабее, чем могла бы быть. И я не могла ею рисковать.
Мне нужно было добраться до нашей фермы, тогда помогут. Нет нельзя! Если поеду туда, выдам наше местоположение. Значит надо бежать!
И тут как из ниоткуда прямо передо мной появляется машина. Хорошая реакция и скорость вампира помогли мне. Я выкручиваю руль разворачивая машину и еду прямо в поле.
Ловушка! Как же сама не догадалась. Надя плачет, а я не знаю, что мне делать. Надо спасать дочь, но как? И тут на глаза попадается лес. Вот оно!
Нажимаю на газ и еду к лесу. Четыре! Четыре машины полностью забитых вооруженными людьми. И я с ребенком!
Я не могу принять вызов, это проигрышный вариант. Развернув машину, я ее остановила так, чтобы моя дверь была возле леса.
Посмотрев на дочь, я расстегиваю ее ремень безопасности, хватаю на руки малышку и, выскочив из машины, бегу к лесу.
Выстрелы.
Больно, но терпимо. А в следующий миг вижу еще людей. Они выходят из леса. Куда бежать!
Выстрелы... Снова боль! Мой ребенок!
И тут я вижу проем и просто бросаюсь туда. Если они попадут в нее, я не знаю, что с нею будет. А если пули пройдут через меня и попадут в нее! Надо бежать!
Бегу со всей силой, на которую я сейчас способна, но серебро замедляет меня. Щит не работает. И снова порция серебра. Боль невыносимая. И я понимаю, что далеко не убегу. А дочь спасать надо.
Тогда упав за какой-то камень, я смотрю на ребенка.
- Я их отвлеку, а ты беги! - велю я ей, впитывая такой родной образ и понимая, что больше ее не увижу, ни ее, ни Джеймса.
- Мама! - она напугана, губа прикушена, а в глазах паника и желание что-то мне объяснить, но у нас нет времени на это.
- Не спорь! Передашь отцу где ты, он тебя заберет, беги же! - кричу я ей.
Потом выпрямляюсь и смотрю на людей. Много очень много!
Не справлюсь!
Не важно! Главное ребенок!
Дальше все как в тумане. Помню, как меня стреляли. Помню, как уклонялась и наносила удары, выводя людей из строя, а потом боль в шее и я лежу и не могу пошевелиться.
- Добей ее! - раздается голос где-то надо мной - И найдите девчонку!
- Нет! - пытаюсь подняться, мой ребенок! Не могу!
'Надя, беги, только беги и не останавливайся!'
