- Что касается второго вопроса, я могу с уверенностью сказать, что данная популяция была выведена для скоростного передвижения на большие расстояния. Структура мышц и строение конечностей прямо указывают на это. Поскольку генокрадам на космическом скитальце бегать подолгу негде, не будет ошибкой утверждать, что это же качество свойственно всему флоту-улью, породившему их. Так же, как отличительной чертой Бегемота были яростные штурмовые атаки, новая неизвестная угроза станет крайне опасна своей выносливостью и мобильностью.
- Благодарю, - рыкнул Герион. – Это все, что я хотел знать.
- Девяносто два процента, - пробормотал инквизитор. – Достаточно, чтобы принять эту гипотезу как рабочую версию. Северина, продолжи изучение. Мне нужны все данные, какие только можно извлечь.
- Одна особь не может дать достоверных сведений. Нужна более масштабная выборка.
- У меня на корабле в стазисе хранится еще десяток обычных особей и половина патриарха. Я немедленно распоряжусь доставить тебе все.
- Куда ты дел вторую половину патриарха?
- Варп, моя дорогая, варп. Я тут не причем. Космические скитальцы крайне нестабильны в этом плане. Патриарх разорвал себя собственной психической силой.
- За все то время, что мы сотрудничаем, я сделала вывод, что разнообразные чрезвычайные происшествия случаются с тобой гораздо чаще, чем это допускает статистика. Рекомендую полное ментальное освидетельствование.
- Я и так прохожу его каждые десять лет. И что за претензии? Чрезвычайные происшествия – наша работа.
- 817.М41, Янфусс II. Расследование деятельности контрабандистов. Ты помнишь?
- Да. Прекрасно помню, что именно после той операции лорд Цикер повысил меня до дознавателя.
- А я помню, что вместо того, чтобы выявить всю цепочку и ликвидировать руководителей, мы полгода не вылезали из подулья, вырезав по дороге несколько банд мутантов и шайку бродячих псайкеров, раскрыли заговор в мануфакторуме, продающем налево предназначенные Астартес реактивные болты, случайно уничтожили пораженного порчей кардинала Экклезиархии и пресекли деятельность крупного культа, готовившегося поднять восстание.
- Да, мы тогда отлично поработали.
- Не лишним будет упомянуть, что свое задание мы так и не выполнили, - Северина втянула механодендриты под мантию. – И примерно также оканчивалась каждая операция, которую нам поручали. Я отказалась от Ритуала Чистых Помыслов только чтобы сохранить ненадежную интуицию, ибо лишь она могла уберечь от твоего… рока.
- Ты ставишь мне в вину высокое качество моей работы? К моменту получения инсигнии я сделал больше, чем многие инквизиторы делают за первые сто лет жизни!
- Я ставлю тебе в вину то, что ты притягиваешь катастрофы. Я не имею власти над тобой, но прошу: как только я предоставлю тебе результаты анализов, покинь эту планету. Я провела на ней последние сто шестьдесят лет, и хочу, чтобы она и дальше оставалась целой.
- Никогда не пользовался правом на Экстерминатус, и надеюсь, что не придется. Сколько времени тебе нужно?
- Восемь суток, с момента получения остальных образцов. Я подготовлю не только исчерпывающий анализ ДНК, но и составлю спецификации для бактериологического оружия, которое будет иметь максимальную эффективность против данного подвида.
- Хорошо, договорились. Мои люди несколько месяцев то задыхались на борту фрегата, то сражались с ксеносами, им нужно восстановиться. Десять суток – и ноги моей здесь не будет.
- Если, - эхом повторила генетор.
Инквизитор со спутниками покинул анклав Механикус и направился к обратно к шаттлу. Ловя исполненные страха и благоговения взгляды прохожих, Герман с неудовольствием отмечал, что еще несколько лет по всему шпилю будут ходить истории про инквизитора, прибывшего в сопровождении космического десантника. Они могли бы и соблюсти инкогнито… критиковать наставника, однако, Герман не спешил. Ранее, только получив ранг дознавателя, он было осмелел, и пытался искать недочеты и промахи в составленных Тором планах, и каждый раз оказывался с позором посажен в лужу, когда кажущиеся ошибки оборачивались хитроумными ловушками, в которые враги попадались столь же успешно, сколь и сам аколит Ларико. Вместо этого он задал вопрос, который буквально рвался изо рта:
- Шеф, что вы можете сказать о магосе Северине? Кажется, вы давно знакомы.
