Он близко настолько, что я без труда чувствовала тепло, исходящее от него, и его дыхание… быстрое и прерывистое, со шлейфом алкоголя, оно задевало мои волосы, заставляя каждый нерв трепетать.
Мужские ладони все еще находились на моей талии, заботливо придерживая, а точнее -удерживая.
— Это слишком, — я неосознанно поерзала на месте в попытке отстраниться, но, почувствовав его быстрый выдох на своей шее, поняла, что этого делать не стоит.
— Тебе так будет удобнее изучить меня. Только за бороду сильно не дергай.
Ведомая любопытством, я вновь потянулась в темноту и наткнулась на его шею. Пальцы коснулись кадыка в тот момент, когда Матвей сглотнул, заставляя последовать за адамовым яблоком вверх-вниз. Сглотнув за ним следом, я дрожащей рукой практически невесомо провела вверх, очертив контур лица с выступающими скулами. Естественно, упоминание о бороде было слишком преувеличено. Щеки и подбородок покрывала небольшая щетина.
— Колется, — подметила я, негромко засмеявшись и уже более смело проводя по щекам костяшками пальцев.
— Не успел побриться после за… — начал Матвей, но резко остановился, запнувшись, — работы. Спешил к тебе, — добавил он чуть тише.
Я поднялась выше, касаясь мягких и тонких волос, пропуская их сквозь пальцы, и двинулась к укороченным вискам. Мужчина слегка вздрогнул от моих прикосновений, и когда я уже было хотела убрать руку, услышала твердое:
— Все нормально.
Я возобновила свое исследование, переходя к линии лба, после чего пальцем аккуратно провела по идеально прямому носу Матвея, замерев возле рта. Горячее дыхание полоснуло по пальцам. Это вырвало меня из странного наваждения, и в миг, когда я почти отдернула руку, он вдруг перехватил мою ладонь и еле заметно прикоснулся губами к запястью.
Вдох застрял в горле, и легкие стали жечь от нехватки кислорода.
Эта ласка… Целомудренное прикосновение отозвалось в теле одурманивающим трепетом, его хотелось повторить.
— Мне же тоже можно? — произнес он грудным голосом, не отрывая губ от моей кожи. — Тебя изучать?
Легкие поцелуи спускались по запястью, пока губы не дошли до рукава платья и стали подниматься обратно.
— Есть и другие… способы. Не такие откровенные, — попыталась ему возразить, хотя самой стало очень интересно, что он будет делать дальше.
Выдох сорвался с губ, когда его зубы прикусили тонкую кожу, под которой отчетливо ощущался пульс.
— Я считаю этот метод самым эффективным.
Позади послышался шорох от движений.
Руки изучали его тело, оглаживали мощные плечи, слегка сжимая налитые силой мышцы, и спускались к груди.
— Ты так чувственно прикасаешься ко мне, — Матвей положил свои ладони поверх моих, мягко ведя вниз и замирая на месте, где чувствовался стальной пресс. — Любопытно, как ты умеешь дотрагиваться до мужчины при иных обстоятельствах.
Его намеки… Его сила и энергия побуждали воображение разыграться и представить, как бы и где я хотела изучить этого мужчину еще.
Я прикусила нижнюю губу, пытаясь обуздать нахлынувшее возбуждение и дышать как можно тише, чтобы не выдать себя.
— Ну как, сложилась картинка?
— Судя по структуре волос, ты блондин. Высокий, широкоплечий. У тебя небольшая горбинка на носу и родинка на шее, — перечислила свои открытия, возвращая руки на свои колени… подальше от искушения.
— А что скажешь обо мне? — прозвучал голос Павла над ухом, посылая тысячу и одну мурашку по позвоночнику.
Резко повернула голову в сторону, тело прострелило разрядом, когда я поняла, насколько наши лица находятся близко, ведь поймала его выдох своими губами. Это было словно еще один глоток виски. Терпкого, крепкого, дурманящего разум. Желанного и сладкого.
Рука потянулась в темноту и нашла мужское плечо. Боже… Эти ребята - сплошное воплощение влажных фантазий об идеальных крепких мужских телах. Пальцы скользнули по шее, что тут же покрылась мурашками от моих прикосновений, и погрузились в жесткие волосы. Намного короче, чем у его друга.
Павел придвинулся ближе. Его сердце так сильно колотилось о грудную клетку, что я безошибочно могла почувствовать это спиной.
Мне безумно нравилось, что от этого сумасшествия не одна я лишалась рассудка, ощущая весь трепет, адреналин от данной ситуации и от нашей близости.
Пальцы очертили острую челюсть. Даже показалось, проведи я чуть быстрее, точно бы порезалась. Кожа на щеках была гладко выбрита, ни единого намека на волоски или щетину.
— А ты, похоже, успел побриться перед нашим свиданием, — с ехидством подметила я, продолжая свое исследование.
— В отличие от моего напарника, у меня был выходной.
— Напарника? — зацепилась за новую информацию я, застывая на ямочке. — Так вы работаете вместе.
Два тяжелых выдоха раздались с обеих сторон.
— Да, это так, — нехотя признал Павел, поняв, что отпираться было бесполезно.
Тем временем я несмело начала изучать его губы. Они показались мне полными. Дыхание обжигало подушечки пальцев, когда он приоткрыл рот и язык слегка дотронулся до кожи.
