Спустя двадцать минут он был уже готов показаться на глаза своему экипажу.
Их командир вернул себе прежний облик: от высоких ботинок, в которых прятались штанины комбинезона, до пилотки, из-под которой свисали еще влажные длинные пряди. И вот это сильно нервировало Саттора. Он бубнил себе под нос ругательства, пока промывал новоявленную гриву, потом, когда одевался и обувался, время от времени, закидывая на спину волосы, то и дело сползавшие вниз. А потом, когда смотрел на себя в зеркало.
— Какой-то лощеный неандерталец в форме, — проворчал майор, окинув хмурым взглядом свое отражение. — Я бы себя в карцер на месяц запер. Тьфу.
После этого надел пилотку и зашагал к выходу из медсанчасти: уже не танорец, но еще и не до конца землянин. Саттору был необходим парикмахер, но его он мог найти и на своем корвете. А пока приходилось мириться с тем, что есть.
— Командир! — гаркнул кто-то раньше, чем Рик сумел оглядеться.
Перед медсанчастью выстроилась ровная шеренга из двадцати человек. От нее отделился Рантала. Он подошел к Саттору, чеканя шаг, и, козырнув, отрапортовал:
— Господин майор, за время вашего отсутствия происшествий на борту корвета «Шустрый» не было. Но мы чертовски волновались, командир, вашу мать!
— Ого, — принял доклад Саттор. — Бунт под видом дисциплины? Кто-то соскучился по карцеру?
Команда ответила молчанием, и Рик махнул рукой:
— Вольно. Рад вас видеть, негодяи. Две минуты на сопли. Время пошло.
И люди пришли в движение. Первым сжал плечи командира Рантала. Он тряхнул Рика и собрался что-то сказать, но на шею майора уже бросилась молоденькая девушка — пилот. Однако ее оттеснила более весомая капрал Бхат, но и ее медвежьи объятья были прерваны бесцеремонным капралом Кучерой, а дальше Саттор перестал понимать, кто его жмет, трясет и причитает в ухо.
— Отставить! — гаркнул он, когда растерянность и радость от встречи сменились глухим раздражением. — Смир-рно! — пророкотал Саттор, а когда команда построилась, скомандовал: — Налево! К корвету шагом марш! — Затем выдохнул с облегчением и, усмехнувшись, покачал головой: — Раздолбаи.
Личный состав корвета «Шустрый», чеканя шаг, прошел по территории гарнизона. А рядом с ними шел их командир. Те, кто попадались им навстречу, вскидывали руки, приветствуя вернувшегося из плена майора Саттора, но уже через секунду поворачивали головы и смотрели вслед офицеру, приоткрыв рты. Картинка была впечатляющая. Длинные волосы, которыми беззастенчиво играл ветер, приковывали к себе взоры. Таких майоров военнослужащим видеть еще не доводилось.
Рик с невозмутимой физиономией отвечал на приветствия, но внимания на изумленные взгляды не обращал. Он смотрел на своих людей, на их деловитые лица и прятал улыбку. Саттор вдруг понял, что соскучился по своему экипажу, и что видеть их было и вправду приятно. Горделивый взгляд майора скользил по прямым спинами и расправленным плечам, а потом Рик все-таки не выдержал и гаркнул:
— Молодцы!
— Майору Саттору слава! — тут же отозвался Рантала, и личный состав с готовностью подхватил:
— Слава! Слава! Слава!
— Негодяи, — хмыкнул Рик. — Всех в карцер!
— Рады стараться, командир! — снова подал голос старпом и посмотрел на Саттора с широкой улыбкой.
— Как дети малые, — покачал головой Рик, и строй вошел на территорию астродрома.
— С возвращением! — крикнули майору. Он махнул рукой, толком не поняв, кто это сказал.
Строй приблизился к «Шустрому», и Саттор закатил глаза. Экипаж встречал его построением. Рантала и те, кто ждал с ним командира у медсанчасти, влились в общий строй, и над астродром прокатилось:
— Здравия желаем, господин майор! — прокатился над астродромом дружный хор голосов.
Рик козырнул:
— Здравия желаю, экипаж! Благодарю за службу!
— Рады стараться!
— Вольно, — велел майор.
Он хотел уже подняться на борт своего корабля, но женский голос остановил Саттора:
— Охрене-е-еть. Ну и волосищи. Потрогать бы… Густые какие, красивые. Я бы сдохла за такие волосы.
Рик обернулся, нашел взглядом женщину, сказавшую это. Лейтенант Элисон Петрис не спускала взгляда с длинных прядей командира, и глаза ее поблескивали завистливыми огоньками. Саттор коротко вздохнул и приказал:
— Сержант Виртанен, за мной. Мне нужен уставной вид и побыстрей.
— Кощунство! — воскликнула Элисон.
— Нужна эта пакля, дарю, — отмахнулся Саттор. — Можешь сплести из нее обереги на удачу, — со смешком закончил он и скрылся в железном нутре «Шустрого».
Спустя полчаса он уже поднимался на второй этаж в здании Штаба, размышляя о том, что скажет Чоу. Пока Настя спала, Саттор в фантазиях был неограничен, и свое спасение мог подать в нужном свете, не привлекая внимания к тем, о ком полковнику знать не стоило. В общем-то, Рик уже знал, какую сказку рассказать, а сейчас просто прорабатывал детали. В своей задумчивости он прошел мимо часовых, вскинувших руки в приветствии при его появлении, и ответил им майор рефлекторно, как и заместителю Чоу, которого встретил на лестнице. Тот повернулся вслед сослуживцу, уже хотел позвать, но махнул рукой, зная о том, что того ожидает комендант.
