— Скажите, Аг, вы далеко выходите за пределы поселения? — спросил Саттор, решив не ходить долго вокруг да около.
— Иногда и сто оборотов проходит, пока охотники возвращаются домой, — ответил одичалый.
— Сто дней? — уточнил Калош.
— По-вашему, да, — Аг с достоинством кивнул.
Выходило, что охотники покидали поселение примерно на три месяца. Если они нигде подолгу не задерживались, то уходили от поселения достаточно далеко. Это было хорошее известие, и Рик задал следующий вопрос:
— Они всегда ходят по одному маршруту? По одному пути?
— Смотря, как повернется Рейна, — чуть растягивая слова, сказал староста.
— Рейна?
— Рейна, — с улыбкой кивнул Аг, указав себе под ноги.
Офицеры переглянулись, и Калош неуверенно предположил:
— Сезоны? Всё зависит от времени года, так?
— Похоже на то, — согласился Рик. — Только здесь нет ярко выраженных сезонов, верно?
— Угу, — промычал Макс.
— Как повернется Рейна, такую дичь бить, — произнес Аг.
— А, понятно. Сезоны охоты, — кивнул Калош, Рик кивнул вслед за ним, тоже сообразив, что хотел сказать староста.
Значит, ходят в разных направлениях, и забираются далеко. Саттор улыбнулся, довольный услышанным.
— А как часто уходят охотники? Когда была большая охота в последний раз?
— Пятьдесят оборотов назад.
— Почти два месяца назад, — прошептал Макс.
— Скажите, Аг, встречались ли охотникам пришельцы, кроме нас? Те, которые пришли с других звезд? — Рик затаил дыхание, ожидая ответа.
Староста поджал губы. Он не спешил ответить, и Саттор напрягся. Ему вдруг показалось, что в глазах Ага мелькнуло упрямство.
— Мы не лезем промеж посланников звезд, — наконец ответил глава общины, подтвердив нехорошее предчувствие, посетившее майора. — Кто мы, дети Рейны, чтобы вставать на сторону кого-то из тех, кто пришел со звезд?
— Но их видели?
— Мы многое видим.
— Далеко отсюда?
— Тридцать оборотов.
— В какую сторону?
— Там, — ответил Аг, так и не указав направления.
Калош коротко вздохнул, после склонился к Рику и шепнул:
— Плато мотыльков намного дальше, если пешим ходом. Может, видели, когда был один из прорывов?
— Прорывов не было, — ответил майор. — Я здесь уже месяц, почти. Прорыв был раньше. — Он вернул внимание старосте. — Сколько пришельцев вы видели?
— Никто не считал. Охотники обошли их стоянку стороной.
— В какой стороне? — снова спросил Рик.
Аг вздохнул, но все-таки сказал:
— Где встает звезда Тарсаса.
— Черт, — тихо выругался Макс.
— Спасибо и на этом, — сказал Саттор и встал с лавки.
Калош поднял на него удивленный взгляд. Рик хотел не только задать вопросы, когда они ехали сюда, но теперь явно передумал, и Макс хотел услышать объяснения, почему намерения Саттора поменялись. Майор уже сделал шаг на выход с веранды, но вдруг вспомнил еще кое-что.
— Аг, почему вы решили, что врана хочет только мою жизнь?
— Ты убил ее пару. Врана умная, она всё видела. Она пришла к поселению, обнюхала землю и ушла туда, куда ты уехал. Ей нужен ты, а не Дарими.
— Ясно. Спасибо.
Офицеры вышли с веранды, не дожидаясь, когда староста проводит их. Они обошли дом, поравнялись с дверью, и до них донеслось приглушенное:
— Тарсас появляется со стороны восхода.
Саттор и Калош одновременно повернули головы и увидели, как сын старосты шагнул в тень. Рик благодарно кивнул, и земляне покинули двор Ага. На улице их ждали одичалые. Немного, в основном, молодежь. Они смотрели на землян с нескрываемым восторгом, и если бы о Шакалах спрашивали у них, то ответ получили бы намного точней и объемней — в этом Рик был уверен. Впрочем, опасения старосты Саттор мог понять — он не хотел, чтобы их община оказалась между жерновами, потому не спешил принимать чью-либо сторону. Помог, как смог, и то хорошо. Потому-то майор и не стал просить колонистов о том, о чем хотел вначале. Пусть живут себе спокойно, а войной займутся те, кто обучен этому.
Вечер опустился на Демос. Небо, недавно еще ярко-голубое, стало насыщенным синим, но не везде. На востоке синь потемнела, всё более переходя в чернильный цвет, предвещая скорое наступление тьмы. А вот на западе царствовал малиновый цвет, где-то далеко-далеко растянувшийся в тонкую розовую дымку, через которую еще были видны блики золота. Невероятная по красоте картина.
— Очуметь, — произнес себе под нос майор Саттор, глядевший на безумие красок из кабины маленького самолета — спасателя вроде «Синички», на которой курсантов обучали подниматься в воздух.
