Янси, как подобает воспитанному человеку, пробормотал что-то в ответ, а Том Шеллдрейк поспешил изменить тему разговора и весело заговорил о переезде в уютный домик, где он собирался устроиться уже через несколько дней. Энн, похоже, поняла, что на этот раз действительно перегнула палку, и ловко поддержала супруга. Скоро, казалось, все забыли о неприятном разговоре.
Сара с вежливо-натянутой улыбкой на лице старалась, как могла, внести посильный вклад в завязавшуюся беседу. Но обидные слова Энн и на удивление спокойная реакция на них мужа никак не шли у нее из головы. Конечно, она и не смела надеяться на то, что он тут же заявит, будто его желание жениться на Саре не имеет ничего общего с «Домом голубки». Но ей так хотелось, чтобы он хоть как-то намекнул на их далекие от деловых соображений чувства. Первые двадцать четыре часа семейной жизни превзошли все самые смелые ожидания Сары, и она рассчитывала, что они стали настоящими мужем и женой. Сейчас же Янси вновь напомнил ей, что в отношениях между ними практически ничего не изменилось. Она по-прежнему не знала, женился ли он на ней по любви или только для того, чтобы со временем завладеть «Голубкой». Сердце защемило от боли и обиды, и все сомнения относительно его искренности вернулись с удвоенной силой. Правда, в его невиновности в убийстве Маргарет Сара больше не сомневалась, но сейчас она все меньше верила в его любовь.
Да, Янси Кантрелл спас ее, был добр и внимателен, каждое прикосновение его опытных рук дарило фантастическое наслаждение, но это вовсе не означало, что он любит ее. Он мог быть ласков с ней, мог яростно и страстно заниматься любовью и при этом испытывать только эротические чувства, далекие от настоящей любви. Саре стало не по себе от этих мыслей, и она с удивлением подумала: куда же так быстро исчезло счастье, которое она испытывала до разговора с Шеллдрейками?
Если Янси Кантрелл и обратил внимание на странную молчаливость супруги за ужином, то не подал виду. И только недоумение, появлявшееся в глазах Янси всякий раз, когда его взгляд задерживался на лице Сары — а происходило это довольно часто, — говорило, что от него не укрылось состояние жены. Время от времени он неприязненно смотрел на Энн Шеллдрейк и думал, что с этой злобной интриганкой пора что-то делать. Его терпению пришел конец! Нельзя и дальше потакать ее капризам и терпеть наглые выходки. Если Энн не остановить и не поставить на место, она подумает, что ей все позволено. Энн Шеллдрейк, теперь он это понимал, может нанести его семейной жизни непоправимый вред. Нет, надо немедленно позаботиться, чтобы они с Томом жили как можно дальше от них с Сарой. Земли у него хватало, и он надеялся подыскать Шеллдрейкам какое-нибудь уютное пристанище, расположенное подальше от «Солнечного ранчо». Мысль толковая, решил Янси, ею следует заняться…
После ухода Тома и Энн Янси с неудовольствием отметил, что Сара пробыла с ним всего несколько минут. И у него возникли серьезные сомнения в том, что она торопилась возлечь на супружеское ложе и теперь с нетерпением ждет любимого супруга. Он угрюмо мотнул головой. Неужели она поверила злобным словам этой дряни? Да нет, конечно, не поверила! Сара знала, что он… И тут Янси внезапно остановился. Что знала Сара? Что он любит ее? Кантрелл яростно завертел головой, как бы отказываясь от любви. Верно, в свое время он любил Маргарет. В первые месяцы их знакомства у него голова кружилась от счастья, и он был готов отдать ей все, что у него было. Но его мечтам не суждено было сбыться. Подумать только, к чему все это привело! Откуда ему знать, что Сара не такая же, как Маргарет? У них было кое-что общее, ведь она тоже вышла замуж за его отца. Разве не так?
Янси тут же упрекнул себя за такие мысли и одним глотком допил бренди. Женщины все одинаковые, с отвращением подумал он, после чего встал и направился в свои апартаменты, От мужчин женщины всегда требовали только одного.
Мужчины должны отдать им свое сердце без остатка, а они брали его в свои нежные маленькие ручки и рвали на куски!
Ну что ж, однажды он едва не совершил подобную ошибку.
После неудачи с Маргарет Янси поклялся себе, что больше никогда не попадет в столь унизительную ситуацию, даже если этой женщиной будет его соблазнительная красавица жена.
Ни одной женщине, какой бы красивой она ни была, больше не удастся обвести его вокруг пальца!
Твой долг — кончать все распри меж царями,
Ложь обличать, возвысив правды свет.