Мужчина слушал меня, все больше проникаясь сочувствием.
– Верно, здесь последнее время много диких собак развелось, – проговорил он значительно мягче, – администрация парка давно должна была принять меры. Придется на досуге зайти к ним, побеседовать. Что ж, давайте попробуем еще раз, вдруг выйдет. – Мужчина наклонился, обхватил меня за плечи и потянул вверх. Я выпрямилась, держа правую ногу на весу.
– Ну-ка, наступите, – велел мой спаситель.
– Не могу. Ужасно болит.
– Точно растяжение, – вынес диагноз бегун, – со мной такое было в прошлом году. День лежал, потом еще неделю хромал.
– И это называется каникулы, – с грустью проговорила я.
– Вы студентка? – поинтересовался мужчина.
– Да. Перешла на второй курс.
– А чего такая симпатичная и без спутника? – просто, по-отечески полюбопытствовал мужик.
– У меня проблемы со спутниками, – доверительно призналась я. – Кому нравлюсь я, те не нравятся мне. И наоборот. Поэтому предпочитаю одиночество, до поры до времени.
Мужчина слушал и улыбался.
– Говорите в точности как моя дочка. Ей недавно стукнуло двадцать. Совсем вы, молодые, другие, чем мы когда-то были.
– Разве? – Я удивленно распахнула глаза. – А мне казалось, люди одинаковы во все времена. И мысли у всех одинаковые, и желания.
– Ну-ка, ну-ка, – оживился мой собеседник, – интересно. Какие же это у людей одинаковые желания?
– Наверное, перестать быть одинокими, встретить понимание, найти то, что позволило бы забыть – мы все смертны.
Он слегка наклонил голову, его глаза, светло-серые, в сеточке мелких морщинок, стали серьезными и глубокими.
– Странная девушка, – проговорил задумчиво, – и странные рассуждения для такого юного возраста. Но мне они нравятся. Как вас зовут?
– Лида, – произнесла я заранее продуманный ответ.
– Мою бабушку тоже звали Лидой. Вы где живете, близко?
– Далеко. В пяти остановках отсюда.
– Стало быть, до дому вам в таком состоянии не добраться. – Мужчина пошевелил губами, словно что-то беззвучно подсчитывая в уме, затем осторожно взял меня под руку: – Предлагаю зайти ко мне. У меня есть эластичный бинт, но сначала окажем вам неотложную помощь в виде холодного компресса. Я теперь ученый, знаю, что нужно делать. Пойдете?
Я сделала вид, что колеблюсь.
– Неудобно как-то. У вас, наверное, семья, я буду мешать. Да и вообще…
– Семья далеко. Квартира пустая. Мешать вы будете разве что моему коту, Пупсику, но тот переживет. – Мужчина весело улыбнулся. – Не валяйте дурака, Лида, не могу же я бросить вас тут, посреди парка, хромой. Не ровен час, возвратится ваш сердитый пес, а вы и удрать от него не сумеете.
– Ну хорошо, – я тряхнула головой, – но лишь на полчасика. Забинтуем ногу, и я пойду.
– Договорились. Опирайтесь на мое плечо, я буду вас поддерживать за талию. Прыгайте на одной ножке, тут совсем рядом.
Я послушно выполнила его указания, он крепко обнял меня, и мы медленно двинулись к виднеющемуся вдали многоэтажному дому.
По дороге мы познакомились поближе. Моего спутника звали Сергеем Сергеевичем, я представилась ему студенткой исторического факультета МГУ.
Мы вошли в светлый просторный подъезд, где в будке за стеклом сидела пожилая консьержка, и поднялись на лифте на двенадцатый этаж.
– А сейчас – сюрприз, – проговорил Сергей Сергеевич и неожиданно подхватил меня на руки. – Вот так, с доставкой на дом!
Я видела, что ему тяжело. Он часто дышал, на шее вздулись синие вены. Однако выражение лица у него было бодрым и веселым.
Он донес меня до квартиры, поставил на пол и отпер дверь ключом.
– Прошу!
Я ожидала увидеть хоромы почище Толиковых, но ничего такого не было. Квартира оказалась более чем скромной, хотя и очень большой. Конечно, здесь был сделан хороший ремонт, и обстановка радовала глаз качеством и продуманностью цветов. Но следов роскоши и излишеств я не обнаружила.
Нам навстречу тут же вышел огромный пушистый кот с неимоверно длинными белоснежными усами, похожими на куски лески.
– Пупсик, это Лида, – со смехом проговорил Сергей Сергеевич. – Похоже, он вас признал.
Кот действительно с наслаждением терся о мою ногу и звучно мурлыкал.
– Сюда, пожалуйста. – Сергей Сергеевич распахнул застекленную дверь. – Садитесь пока на диван, я принесу воды.
Я пропрыгала в широкую, оклеенную светлыми обоями комнату.
Мебели в ней было немного: малиновый кожаный диван, два таких же кресла, низенький журнальный столик из темного дерева и высокие стеллажи с книгами, занимающие целиком одну из стен.
На других стенах висели фотографии в рамках. Я успела разглядеть несколько детских рожиц и миловидную женщину с длинными каштановыми волосами, распущенными по плечам.
В это время вернулся Сергей Сергеевич, неся в руках маленький пластмассовый тазик с водой и кипу нераспечатанных бинтов.
– Лидочка, я могу называть вас на «ты»? – спросил он, пристраивая таз возле дивана.
– Конечно.
