А теперь немного о плохом. Из-за того, что моим предком был двухвостый дух, то он был намного ближе к животным, чем пятихвостый, а уж тем более девятихвостый дух. По этой самой причине я так любила ходить и бегать на четырех конечностях. Мама сказала, что ближе к совершеннолетию это пройдет. А вот до чего я догадалась, когда увидела котов и кошек по весне. Меня ждало тоже самое, когда я буду считаться взрослой кошкой. И на этот раз ответ предоставила мама. Она показала пилюли, которые были изобретены совместными усилиями всех кемоши. Они подавляли желание наброситься на первого встречного парня. А с момента, когда находили свою судьбу (вторую половинку), потребность в пилюлях отпадала. Партнер мог удовлетворить либидо.
За всеми вопросами я обращалась к маме, а вот за практикой приходилось идти к папе. Он начал постепенно обучать меня искусству убийцы. Нет, он не учил меня убивать. Он давал мне яды в мелких дозах для выработки иммунитета к ним.
А еще мы с ним тренировали «обнаружение». Я должна была научиться обнаруживать противника без использования глаз, а полагаясь на другие органы чувств. Так он завязывал мне глаза, а затем раскручивал. После этого кидал мячик, а я должна была точно указать на место его приземления. Этими тренировками я занималась уже год. И добилась некоторого успеха. И яды в больших дозах меня не убьют, в теории.
Одним летом я встретилась со своей бабушкой. Хотя она больше походила на мамину сестру. Настолько они были похожи, а еще бабушка очень молодо выглядела. Ей уже было за шестьдесят, а на вид только двадцать исполнилось. У папы с ней были несколько напряженные отношения. Я поняла это, когда мама ушла за чаем, совы дома не было, ушел на рынок, а в комнате остались я, папа и бабушка. Они друг на друга не смотрели и даже не пытались поддержать разговор, который они вели, когда мама была здесь. А я так и ощущала гнетущую атмосферу.
- Бабушка, а чем ты занимаешься, - спросила я, когда сложившаяся атмосфера стала меня нервировать.
- Интересно, - уточнила она.
- Очень.
Бабушка посмотрела на моего отца, тот коротко кивнул. И только тогда бабушка заговорила вновь. А я стала подозревать, что не всё так просто с ее работой.
- Я директор школы.
- А это что, - продолжила задавать вопросы. Слова смутно узнавались, но значение их ускользало от меня.
- Скажи-ка мне вот что, - серьезным тоном обратилась бабушка к папе. – Ты ее обучение начал?
Папа глянул нее так, будто хотел съязвить, но посмотрев на меня успокоился и ответил.
- Я давал ей только яды и тренировал обнаружение. Физические нагрузки в ее возрасте слишком опасны.
Бабушка кивала на каждое слово папы, а потом задала еще один вопрос.
- Напарника ей уже подобрали?
- Я думаю, что еще рано для этого.
Бабушка с шумом выдохнула и начала выговаривать отцу всё, что думала.
- Я подумала, что раз ты ее физически не тренировал, раз ты такой мускулоголовый, то у тебя хотя бы немного мозгов есть. Но я ошиблась. У тебя там либо мышцы, либо кошачья мята. Одно не лучше другого. Девочке четыре года, а она доже за воротами не была. Ты совсем дебил?
- Попрошу без выражений при ребенке.
- Чем раньше Шинобу познакомится с напарником, тем проще ей будет в будущем.
Я сидела и смотрела как бабушка отчитывает отца, а тот еле успевает слово вставить. Меня и мой вопрос полностью игнорировали. А простые выговоры постепенно стали переходить в оскорбления. Искры между ними так и сверкали. А я задавалась вопросом, что же такого случилось.
Мне надоело, что меня игнорировали. К тому же, мама уже возвращалась с подносом чая. Настало время прекратить их ссору и для этого пригодится тяжелая артиллерия.
Слезы на глаза и начинаем рыдать в голос.
- Уааааа. Не ссорьтесь.
Ссора спешно была остановлена и уже папа с бабушкой почувствовали приближение мамы. И начали меня успокаивать. И вроде у них это получилось, но глаза у меня были красными.
Когда мама вошла, она поставила поднос с чаем на столик и собиралась убрать его в сторону, но я бросилась ей в глаза. Мама сразу заметила, что глаза у меня на мокром месте и красные. Она подбежала ко мне и спросила.
- Что случилось, дочка?
- Мама, - простите, но мне придется вас сдать. К тому же, вы не просили меня ей ничего не говорить. Немного заикаясь из-за всхлипываний говорю. – Мама, папа с бабушкой ругались.
Я не поняла, что мама сделала, но когда она посмотрела на виновников моего плача, то они вздрогнули и отвели взгляд.
- Всё никак не помиритесь? Эх. Делайте, что хотите, но перед Шинобу не ссориться.
- Да, - в унисон ответили виновники, склонив головы.
Комната погрузилась в тишину. Мама сидела и спокойно пила чай. А папа с бабушкой смотрели украдкой друг на друга и на меня и пили чай.
- Мама, - обратилась моя мама к бабушке. – Ты не возьмешь Шинобу себе в ученицы?
Обращаемся слухом и внимательно слушаем и запоминаем. Решается моя дальнейшая судьба. На нее я повлиять не сильно смогу. Но раз так вышло, что моя будущая профессия и прошлая совпали, то возмущаться я не планирую. К тому же, это семейное дело. А семья у меня всегда была на первом месте.
