— Не пойдем к врачу, если не хочешь, не сердись только на меня.. — продолжала причитать жена, а я просто поражался ненормальной переменчивости ее настроения и поведения.
И тут до меня вдруг доперло.. Ведь эти страшные дни же опять настали! Черт.. Я попал.. по всем фронтам.
— Я так люблю тебя!
— И я тебя, — отозвался я и вскоре расцепил объятие, ласково целуя Марику в щечку. — Я есть хочу.
С женой мы все же помирились и решили просто не вспоминать сегодняшнее утро, когда у обоих что-то не заладилось, оттого и вылилось все это в неприятную ссору. Мы так и стояли еще в коридоре, а я снова обнимал своего милого ангелочка и умилялся тому, как она очаровательно хмурила нос и смеялась, когда я быстро и часто исцеловывал ее лицо.
— Билл, — вдруг ласково прозвенело в моей голове на фоне каких-то страшных, но тихих криков, и я тревожно напрягся, еще крепче обнимая жену и понимая, что это точно было сказано не ее устами. — Послушай.. послушай.. — эхом отражалось где-то в вышине, и я почувствовал, как мягко закружилась голова, включая противнейший ультразвук в моих ушах, но я лишь пошатнулся, к счастью, удержав равновесие.
Странно все это.. Мне иногда мерещились шорохи, чей-то сиплый шепот, стук и шаги в соседних комнатах, мелькающие или неподвижно стоящие за шторами силуэты, и от этого мне становилось с каждым часом все более жутко. Уже час ночи, а я сижу на кухне за ноутбуком и пытаюсь осилить этот самый кошмарный отчет. Кое-как догнав у Дирка материалы, я обнаружил некоторые несоответствия дат и фамилий, указанных в папках и на ноуте, и совершено не знал, что писать в своей финальной работе, да и спросить в такое время уже было не у кого.
Мари уже легла спать, сперва, конечно, сидела со мной рядом, играя в телефон, но все сильнее клевала носом, чему способствовала практически бессонная ночь, и я в итоге настойчиво отправил ее в комнату.
Стрелки часов все стремились вперед, отсчитывая и сокращая мое время для сна, которого сегодня, похоже, и вовсе не будет. У меня мороз бежал по коже, когда что-то гремело то в ванной, то в комнате, а когда я приходил проверить, то все, на удивление, было в абсолютнейшем порядке, а жена спокойно и неподвижно спала. Может, землетрясение? Или это соседи, скорей всего..
Я правда схожу с ума? Но ведь я слышу это и вижу, а значит, оно происходит!
— Билл.. Билли.. — негромко и убаюкивающе лилось тихим звоном в моей голове, а я, зевнув, устало прикрыл глаза, роняя голову на сложенные руки перед ярким монитором. — Спи.. Засыпай.
— Я не могу спать..
— Ложись.. ложись.. и засыпа-ай! — все шептал мне кто-то, а мое дыхание постепенно выравнивалось и тяжелело, завлекая так настойчиво в этот тягучий сон.
— М..мм.. — хмурясь, лишь промычал я и невольно стал обмякать, сильно вздрагивая, словно падаю куда-то, а потом вдруг настала кромешная темнота.
— Что это?!
Я резко подорвался при этом громком, непонимающем возгласе жены, раздавшемся из комнаты, и понял, что, оказывается, все-таки отрубился прямо за столом, а экран ноутбука уже погас, не дождавшись больше моего вмешательства.
Глянув на часы и с ужасом отметив на них уже пятый час утра, я быстро протер глаза и, спотыкаясь на затекших ногах, поскорее рванул в комнату, ощущая, как грузно в моей груди колотится от волнения сердце.
Войдя, я увидел Марику в слезах, сидящую на кровати, и смерчем бросился к ней, едва не падая буквально на ровном месте.
— Мари, что с тобой?! — взбудораженно спрашивал я, сразу крепко ее обнимая, а она, бесконечно всхлипывая и заикаясь, прижалась ко мне так отчаянно и сильно, что мне стало чудовищно страшно.
— Билл.. мне п..приснилось.. что ты.. — все еще содрогаясь в моих руках, надрывно шептала она, а я не прекращал это объятие, слегка покачивая ее, словно маленького ребенка, испуганного ночными ужасами.
— Тш-ш.. я же здесь, все хорошо, — с улыбкой облегчения так же прошептал я, немного успокаиваясь и чувствуя, что после такой дикой встряски мне уже точно не захочется спать. — Это просто сон.
Поцеловав и насилу успокоив любимую жену, я в итоге снова вернулся на свое рабочее место и тяжело вздохнул. Она в этот раз тоже упрямо пошла вместе со мной, непрекословно аргументируя это тем, что ей теперь слишком страшно без меня засыпать. И ее понять здесь тоже можно было.
А на сегодня ведь у нее назначено собеседование, потому-то я и переживал, что Марика будет сонной и не к месту раздражительной. Тем не менее слушать меня опять никто не стал.
Кое-как успев все сделать, я заторможенно оделся, умылся, как обычно, позавтракал одним только кофе на голодный желудок, так как еда в меня совершенно с утра не полезла, и снова поплелся на работу.
Стремно вообще начался мой новый день. Хоть я все и сдал, но меня жестоко выключало, тело ломило, и я снова не мог ни на чем сконцентрироваться. Несколько раз посетила меня дерзкая мысль о том, что надо тупо уволиться, раз я не справляюсь, коль меня все чаще отчитывают за косяки, а негодование все копится и копится внутри, истязая и без того избитое настроение.
