Пока тренировалась, все думала и думала о том, что же будет с ними со всеми в Москве. Как поведет себя Дар? Здесь он позволил себе расслабиться, возможно, не с ней первой и не с ней последней. Все-таки она не знает его и вряд ли когда-то узнает. Художник никого не пускает дальше положенного. Его откровение в ресторане было единственным разговором по душам, после Дар снова закрылся и полностью сконцентрировался на ней, на подчинении ее себе. И ведь подчинил… Но не до конца. А это главное.
Вечером Саша приняла душ и отправилась в постель. На самом деле, ей уже не терпелось вернуться домой, хотелось понять, чего стоят их отношения там, где все началось столь ужасно.
Но через полчаса Дар все-таки пришел. Он сел на край кровати, спиной к ней.
— Ты мне вообще не веришь, да? — произнес тихо, спокойно. — Хотя, можешь не отвечать. И так вижу, что не веришь.
А Саша подползла к художнику и обняла. Прижалась к широкой спине, вдохнула приятный аромат геля. Дар только-только из душа. От него в принципе всегда приятно пахнет.
Руки проникли под рубашку, потом спустились вниз, накрыли пах.
— Встань, — прошептала ему на ухо.
Дар поднялся, развернулся к ней, а Сойкина запустила пальцы под резинку шорт и стянула их вместе с трусами. Мужчина сейчас же ощутил горячее дыхание внизу живота. Саша припала губами к дорожке чуть ниже пупка. Член немедленно отреагировал на ее поцелуи. А скоро губы добрались до него. Дар наблюдал за тем, как Саша пока еще медленно ласкает его, не торопится брать член в рот, а лишь скользит влажными губами вдоль, иногда обхватывает головку и слегка проникает языком в уретру. И от этого зрелища дыхание стало глубоким, мышцы на животе сами собой начали напрягаться. Уже не было сил терпеть, хотелось поскорее проникнуть в ее рот, ощутить тепло и влагу. Еще пара мгновений и вот, член внутри. Дар запустил пальцы Саше в волосы, однако не пытался руководить движениями. Ему было крайне важно видеть желание самой Сойки.
А движения становились быстрее, настойчивее, девушка позволяла проникать глубже, но не слишком. Возбуждение накрыло волной, а потом сконцентрировалось внизу. Еще чуть-чуть и он кончит.
— Ты этого хочешь? — провел ладонью по щеке.
На что она только ускорилась. Значит, хочет. И Дар позволил себе расслабиться. Через пару быстрых движений член запульсировал во рту. На язык хлынула сперма. Саша не пошла в ванну, не воспользовалась салфетками, она все приняла.
— Останешься со мной? — поднялась и обняла его за шею.
— Конечно, останусь, — принялся целовать лицо, добрался до губ. — Ты же моя Сойка. Только моя. Не хочешь, чтобы я отблагодарил тебя?
— Нет, не сегодня? — и потянула его в постель.
Когда уже были под одеялом, когда Дар обнимал свою Сашу, она заговорила:
— А я заметила, ты перестал называть меня деткой.
— Начать? — улыбнулся и еще крепче прижал ее.
— Нет, — замотала головой. — Если я когда-нибудь снова стану для тебя деткой, значит, все закончилось.
— Тогда и ты зови меня по имени. Дар я для всех тех, на кого мне плевать, кому, по сути, плевать на меня.
— Дим, а ты когда-нибудь откроешься для меня?
— Я открыт. И потом, у нас теперь будет достаточно времени, чтобы узнать друг друга.
— В смысле?
— Ну, я хочу, чтобы ты жила со мной.
— С тобой? — уставилась на него круглыми глазами. — Но как же?
— А что тебе мешает? Здесь мы вместе спим, вместе едим, я даже видел, как ты писаешь.
— Чего? — чуть не задохнулась.
— Да шучу я, — поцеловал в лоб, — хотя, я бы посмотрел.
— Извращенец.
— И это уже не новость. Так что?
— Давай потом это обсудим, уже на месте.
— Ладно…
Весь следующий день они готовились к отлету. Дар заранее организовал отправку полотен, все же они полетят другим самолетом, но без недопониманий не обошлось, в итоге пришлось ехать в аэропорт и разбираться. А Саша созвонилась с Аней, та чуть ли не визжала от радости, что с сестрой все в порядке и она скоро возвращается, потом сходила на море в последний раз. Эти несколько недель расслабили, весь режим сбился, и в Москве первое время придется несладко. Но это не главное. Важнее другое — Дар предложил переехать к нему. Даже не так, он просто очередной раз уведомил о том, что намеревается сделать. Порою его напористость утомляла, и это еще мягко сказано.
К обеду Дар вернулся, и они наконец-то закончили со сборами. А коль время оставалось, решили отдохнуть. Уснули вместе, как уже повелось. Саша уткнулась носом ему в грудь, художник в свою очередь обнял ее.
Потом был полет… долгие, долгие часы… И вот, снова Москва. Встретил город ясной вечерней погодой, что особенно порадовало, прохладной. Саша так соскучилась по прохладе, все-таки она житель средней полосы и жара с духотой ее не привлекают. Когда ехали в такси, конечно же, в направлении дома художника, Саня вдруг спросила:
— А почему бы тебе не рисовать космос? — в этот момент она смотрела на небо.
— Почему именно космос?
— Там вроде бы тоже есть хаос определенный.
— Нет, Сойка. Там хаоса, как раз, нет. Там все подчиняется законам Вселенной.
— Ладно. Законам так законам.
— Но я попробую, для тебя… — поцеловал ее в висок.
