Так старый Сотоп и не смог подняться выше десятого уровня, а ведь я ему говорил, не стоит заключать контракт ещё на десять лет. Но этот упрямец не стал меня слушать, мол, чем я хуже тебя. Старый болван. Всё хотел дом купить в пределах крепостной стены, чтобы дети росли в достатке. И стоило оно того, как по мне, так навряд ли.
А вот с Раумом повторить этот трюк не получится, его арахнид разведчик осушил таким же, как и у меня, оружием с искрой Благодати. По поводу сбора Эргов со своих же подчинённых совесть меня не мучила, да и с чего бы? Спасти его было уже невозможно, кого смог сегодня, я уже спас. Да и по большому счёту, нет у меня здесь друзей, товарищей или кого-то подобного среди сослуживцев. Погибли мои последние друзья, причём пару десятков лет назад уже. Так что меня на данный момент волнует только сохранность моей личной тайны, и дополнительные Эрги в этом деле не будут лишними и обязательно помогут.
Глава 9.3. Мигрень Леура после вала огня
Когда Мареш и Улер встали сами и подняли меня с каменных плит пола, то я увидел его. Сначала, но лишь на мгновение, мне показалось, что перед нами демон из самых нижних миров, но уже через миг зрение немного прояснилось и мне стало понятно, что это Ирчин Злобный стоит спиной к нам, а его правая рука объята пламенем. И он даже не пытался сбить огонь.
Иллюстрация. Старый рыцарь устал так, что уже горит на работе.
Его голос в тишине комнаты прозвучал так же, словно бы из-за грани, мертвенно и холодно:
— Леур, проверь раненых, ману не экономь.
И только после этого он смахнул горящие бинты с правой руки и вышел из комнаты наружу. Немного отойдя от случившегося и обработав раны всех в отряде, мы попытались утрясти случившееся у себя в головах. Первым не выдержал и зашептал молодой Чикир:
— Господин Леур, это вообще нормально? Наш рыцарь бросает нас, словно наживку, против невероятно опасных пауков, причём [2] ранга. Двое наших убито. Командир словно специально заводит нас в ловушки к арахнидам…
Тут уже не выдержал этого словоизлияния Мареш и хорошенько, от души ударил по рёбрам молодого разведчика, тот упал и захрипел, не в силах вдохнуть воздух.
— Закрой пасть, жалкий трусливый недоносок, ты жив — и мы тоже — только благодаря господину Ирчину! Кроме него в нашем отделении никто не смог бы противостоять паукам с навыком невидимости. Они бы с лёгкостью убили нас по одному, и ты даже пикнуть не успел бы, — после этих слов разозлённый Мареш ещё раз хорошенько приложился тяжёлым ботинком в мягкий живот Чикира, а затем продолжил, — арахниды просто дождались бы, когда мы посильнее вымотаемся. И вот тогда мы точно ничего не смогли бы им противопоставить!
Воины ещё о чем-то шептались между собой, но в выражениях после жестоких вразумляющих ударов Мареша солдаты стали куда более сдержанными. А моя голова в этот момент была занята только одной мыслью: неужели старый Ирчин прав и арахниды вернутся раньше? Он же не пророк? Что вообще происходит, ведь этот мир всегда считался среди людей одним из самых безопасных. Сильные особи арахнидов, все, абсолютно все, спускаются на глубину каждый год в период размножения, и эти временные рамки не менялись, насколько мне известно, с самого падения их расы. Что же должно было случиться, чтобы эти твари начали возвращаться раньше положенного срока?
