Надо ли говорить, что законами он интересовался в последнюю очередь? Но его никто и не смел трогать. Народ полюбил Беспощадного за то, как он очистил город от преступности, уничтожил работорговлю и пресек поток дурманящих смесей. Чиновников и аристократов он либо перебил, либо купил.
Не прошло и двух лет как некогда маленький толстый мальчик, бывший раб, самопровозглашенный король подземного мира, новый спаситель города стал единственным и абсолютным властителем города Троя. Страшным и справедливым великаном. Титаном порядка.
Но ярость и ненависть не угасли в душе. Идея беспощадной мести теперь обретали четкие и однозначные черты.
***
Хватило нескольких пушечных залпов чтобы в хрупких деревянных стенах Чертогов появились огромные дыры. Частокол не мог противостоять разрушительной силе чугунных ядер, разрывавших хрупкую древесную плоть на крупные и мелкие щепки. Защитники явно выбрали не то место для спасения... Хотя куда им было деваться с острова? Все их корабли сожгли, а леса были очень редкие и жидкие, чтобы в них можно было надежно спрятаться. Бежать от судьбы было некуда.
- Беспощадные за мной! Остальных пускай ведет Врайкула! -рявкнул гигант и поднял огромный двуручный топор над головой. - Вперед! - заорал что было мощи в груди и глотке.
Стальная масса воинов бросилась в сторону пробитых в частоколе брешей. В них уже маячили защитники, с еще державшихся стен в сторону наступавших полетели стрелы, загрохотали редкие ружейные выстрелы... Но гигант в шкуре даже и не думал останавливаться. Клокотавшая в нем ярость могла либо поглотить Чертоги Молний, либо осыпаться прахом в землю перед ним. Но пули и стрелы пока что летели в его воинов - сам он несся на самом острие атаке, невредимый и ужасный.
На подходе к самым стенам несколько удачных выстрелов лишили жизни почти всех, кто наступал впереди - но не лысого монстра. Он ворвался в толпу защитников, грудью бросившись на выставленные копья, и буквально в считанный миг смял их храбрость - топор с широким лезвием рубил головы, руки и тела. Кровь хлестала в глаза здоровяку, но он лишь рычал и грязно ругался, рассекая очередного врага.
Вслед за предводителем за частокол ворвались Беспощадные. Элита, исполнявшая приказы хозяина без лишних размышлений. У них у всех были двуручные мечи и крепкая броня. Противостояли же им полуголые перепуганные оборванцы в холщовых рубахах и редких кольчугах. Это была не битва, это было избиение...
На громилу бросился как-то мальчишка с длинными рыжими волосами. В его руках было два коротких кинжала - парню было не больше пятнадцати... Здоровяк просто стукнул его в лоб древком топора и тот упал замертво с проломленным черепом. Затем перед громадным монстром в шкуре встали два блондина-близнеца - они оба орудовали кистенями, но очень неумело, дергано. Одному удалось даже зацепить предплечье бритоголового гиганта прежде, чем тот рассек его тело пополам. Оторопевший брат в следующий миг лишился головы. Следующей была женщина... Пиратка. Здоровяк придушил ее рукой, не став марать сталью. Отбросив безвольное тело, он двинулся дальше. И рубил, рубил, рубил...
В какой-то момент тел вокруг стало так много, что было трудно передвигаться среди убитых, но напавшие напирали вперед, продолжая избиение. Когда кончились воины, взялись за прятавшихся в домах детей и женщин. И не было пощады никому.
Но гигант не находил себе покоя.
- Где Дарион? Где Дарион Лостгорт? Найдите мне... Дариона Лостгорта! - орал он, с яростью добивая стонавших под его ногами раненых врагов. Все вокруг заволокло дымом - активно развивался пожар...
И вот в какой-то момент к гиганту приволокли за шкирку седого старика. Он весь был перемазан кровью и сажей. Его правое ухо было отсечено, левая рука безвольно повисла. Он стонал и просил пощады...
Гигант сначала удивился, но затем потребовал поднял его голову и показать ему лицо. Глаза...
- Да, это ты... - удовлетворенно кивнул громила и заулыбался. - Немилосердна поступила с тобой судьба, одряхлел и опустился...
- Кто? Что? Зачем все это? - дрожащим голосом запричитал старик. - Зачем такая жестокость?
- Жестокость? - громила произнес это слово, словно смакуя. На этом фоне среди горящих домов в ужасе кричали убиваемы люди. - Это значит жестокость... А убить свою жену и продать сына в рабство - не жестокость?
Брюзжавший старик осекся и у него перехватило дыхание. В этот миг ужас в его глазах стал действительно самым глубоким и уничтожающим.
- Вильгор... это ты... - прошептал он. - Мой сын.
- Вильгор. Но не Лостгорт. У меня нет отца. Я был предан им давным-давно, - зарычал здоровяк и, схватив старика на волосы, принялся бить его в лицо, пока кулак не размозжил кожу, кости и мозги. А затем он орал, что было сил, и пританцовывал, будто помешанный. Сегодня он был пьян. Пьян ненавистью и сладкой горечью свершившейся мести. Сегодня он был счастлив!
Глава 9. Валиор
***
