– Мало, что ли, сейчас тальденов гибнет? Тоже решили укоротить себе жизнь? Для чего? – Взглянула на Каррая и почувствовала, как меня снова затапливает злость. – Какой бой? Ты в своем уме? Твоя жизнь связана с Клер! Погибнешь – и ее тоже не станет. И дети, скорее всего, пострадают!
– Я не погибну, – бесстрашно возразил Аман. Усмехнулся, не сводя с Герхильда тяжелого, темного взгляда.
Он-то, может, и не погибнет, но мне-то от этого не легче!
– Самоуверенность еще никого не украшала, Каррай, – снова пошел в наступление наследник, но я его тут же прервала:
– А ты! Ты будущий император, а ведешь себя как задиристый мальчишка. Думаешь, я пойду за такого замуж? За ребенка! Знаете что? – Я решительно подхватила юбки. – Лучше оба держитесь от меня подальше! – Высказав все, что думаю, я покинула библиотеку с независимым видом и высоко поднятой головой.
Оставалось надеяться, что моя маленькая хитрость сработает. Я отвергла обоих, а значит, у них друг к другу не должно быть претензий. Хотя неприязнь между тальденами по-прежнему ощущалась, не нужно быть ясновидцем, чтобы понять, что они друг к другу испытывают. Главное, чтобы это чувство не переросло в настоящую ненависть, а та не спровоцировала начало реальных военных действий.
С той памятной стычки в библиотеке прошло два дня. С Мориэном я старалась не общаться, а Каррая вообще больше не встречала. Он все время пропадал на заседаниях с магами, наследник тоже нашел себе занятие – несмотря на приказы отца, вместе с другими драконами выслеживал моего дядю.
Я же по большей части торчала в библиотеке, а в свободное от изучения книг время общалась с детьми и Клер. Оказывается, названая сестра Каррая на меня совсем не обижалась и, наоборот, была даже рада, что за спасение ее жизни не придется расплачиваться моей свободой.
– Твой отец, Риан, замечательный человек. Жаль, что Аман сразу ему не доверился, – сказала мне Клер.
Устроившись в беседке, купол которой оплетал дикий вьюнок, мы с ней наблюдали за играми детей. Погода стояла хорошая: не жарко, но и не холодно. В самый раз для подвижных игр на свежем воздухе.
– Эссель Элесбед ведь воспитывала его в ненависти ко всем Талвринам и Анвэри. Хоть он вас и не ненавидел, но какие-то крупицы яда княгини все равно должны были отложиться у него в сознании. А когда он узнал тебя поближе… – Девушка грустно вздохнула. – Мне очень жаль, что вас свело чужое коварство, а не любовь. Вы были бы замечательной парой. Огненные тальден и его ари. Такие красивые, завораживающие.
Я не стала зацикливаться на ее глупых рассуждениях. Тальден и ари… Да мы бы друг друга поубивали в первый же год семейной жизни. Но разубеждать Клер было бесполезно, она – неисправимая мечтательница, наивно верящая в сказки.
– Как же хорошо, что эррол Анвэри предложил Аману провести ритуал Л’арха. – Клер тепло улыбнулась, когда Синия догнала белобрысого мальчугана и хлопнула его по спине ладошкой, передав ему право догонять других. – Он покончит с этим кошмаром. Ну или маги что-нибудь придумают. Все у нас будет хорошо. Я в этом не сомневаюсь.
– Как ты сказала? – зацепилась я за знакомое слово и переспросила: – Как называется ритуал, который они собрались проводить?
– Ритуал Л’арха. А что? – Девушка перевела на меня вопросительный взгляд, и ее улыбка погасла.
– Ничего, – хмуро бросила я, поднимаясь, и пошла убивать Амана Каррая.
Пока он не убил себя с помощью ритуала Л’арха.
Долгие часы, проведенные в императорской библиотеке, не прошли для меня даром, теперь я это точно знала. Погружаясь в изучение древних таинств и обрядов, опасных для жизни, а зачастую даже смертельных, я и подумать не могла, что к одному из них решит прибегнуть мой отец.
Как оказалось, зря. В последнее время я была слишком поглощена своими чувствами к князю: ненавистью, смешанной с… В общем, не знаю, с чем смешанной, но эти чувства туманили разум, отвлекали от самого важного: от замыслов их бессовестных светлостей.
Бессовестных – потому что нельзя вот так, не предупредив, бросать своих близких на произвол судьбы! Наверное, мама все-таки знала правду, потому и выглядела такой несчастной. И меня избегала. Она смирилась с решением мужа, но я с ним точно не стану мириться.
Как я потом буду смотреть в глаза матери, Эйлуэн и Шану, когда его не станет? А то, что он погибнет или лишится силы, было очевидно.
У Каррая же и вовсе не было шансов.
