– Немного. А вам? – Скользнув ножом по нежнейшему мясу, я отправила в рот маленький кусочек.
Тальден покачал головой, как бы говоря, что я безнадежна и пытаться исправить меня бесполезно.
– Все это издержки воспитания ее лучезарности. Наверное, мне следовало дождаться, когда подрастет твоя сестра.
Меня тряхнуло от полыхнувшей внутри ярости.
– С Эйлуэн мы бы быстро нашли общий язык, – как ни в чем не бывало продолжал этот невыносимый тип.
– Даже имя ее не смей произносить, – прошипела я, испытывая острое желание всадить нож, что сжимала в руке, в черное сердце тальдена.
– И как теперь настроение? – ухмыльнулся он, снова возвращая лицу довольное выражение.
Мысленно отвесив себе подзатыльник (это ты, Риан, должна его злить и провоцировать, а не он тебя!), заставила себя улыбнуться:
– Почему бы вам не уделить внимание своим невестам? Бедняжки пытаются поймать хотя бы один ваш взгляд, а вы все пялитесь на меня.
– Ваша правда! И зачем только аппетит себе порчу? – Драконочудовище отвернулся от меня и обратился к пучеглазой блондинке: – Эсселин Маэль, расскажите о себе. К сожалению, у нас совсем не было времени, чтобы поговорить, но обещаю исправить это досадное упущение.
Белобрысая просияла и прерывающимся от волнения голосом принялась что-то лепетать. Я ее особо не слушала, делала вид, что поглощена ужином, а сама украдкой поглядывала на невест. Большинство уже успело опустошить свои кубки, и слуги наполнили их снова. Щеки у девушек раскраснелись, на губах блуждали мечтательные улыбки, глаза горели. У некоторых так ярко, что можно было смело гасить все свечи и факелы в замке: без источника света все равно не останемся.
– Эррол Каррай, – несмело подала голос кареглазка, сидевшая в центре стола, – а когда будет первое свидание?
Вот оно, начинается!
– Эсселин Гладис! – возмущенно прикрикнула на свою подопечную сваха. – Вы что себе позволяете?!
– Ой, а давайте прямо завтра! – глупо хихикнула другая прелестница, дочь графа де Бруи, за что удостоилась уничтожающего взгляда эссель Клеври.
Но алиане в тот момент было не до свахи и ее негодующих взглядов, как и всем остальным здесь собравшимся. Во все глаза невесты смотрели на дракона, забрасывая его вопросами:
– Эррол Каррай, а вы покажете мне замок?
– Нет, лучше мне! И прямо сегодня!
– А кто из нас больше всех откликается на вашу силу?
– Ах, вы такой сильный! Такой красивый!
– А-а-ах! – Это уже все вместе.
Бриваэла Клеври растерянно хлопала глазами, явно не понимая, что происходит. Настроение у Каррая окончательно испортилось – это было видно по его мрачной физиономии.
Алианы тянулись к нему, казалось, еще немного и они сорвутся со своих мест, бросятся к тальдену и повиснут на нем, как шишки на елке.
– Я так рада, что вы выбрали именно меня! – счастливо воскликнула Лаали.
– Вообще-то тебя еще не выбрали, – ревниво осадила ее Амарелия.
– Но это лишь вопрос времени! – самоуверенно заявила моя бывшая подруга.
– Девушки! – попыталась призвать их к порядку сваха, но не тут-то было. Ее попросту никто не слышал.
– Вот не понимаю, и что они все в вас нашли? – негромко хмыкнула я, уверенная, что мое замечание потонет во всеобщих охах-вздохах, но Огненный услышал.
Нахмурился еще больше, а потом… вдруг подтянул к себе мой кубок.
– Ты совсем ничего не пьешь, Риан.
Вот ведь…
– Слишком сладкое. Я бы лучше выпила вина.
На другом конце стола две девицы принялись выяснять отношения, кто из них краше и милее сердцу тальдена. Предоставив эссель Клеври усмирять подведомственных ей алиан, Каррай с нажимом проговорил:
– И все же сделай одолжение, выпей.
– Делать мне больше нечего, кроме как оказывать тебе одолжение! – Судя по ощущениям, каждый мой нерв превратился в натянутую тетиву лука.
– Но я ведь сделал тебе одолжение – вернул Чили, потом твою служанку. – На губах дракона появилась хищная улыбка, такая драконья. – Не хотелось бы лишать их тебя снова.
Я вспыхнула:
– Ты не посмеешь!
– Не посмею, если ты это выпьешь. – Он решительно пододвинул кубок ко мне. – Ну же, Риан, сделай приятное эрролу Эрвану, не отказывайся. Он весь день готовил, старался.
Шум в зале нарастал, и у меня в голове уже тоже вовсю шумело. От злости на тальдена.
Да чтоб тебя, Каррай!
Не позволю отнять у меня Чили и Хевину! Хочешь, чтобы моя ненависть к тебе стала для всех очевидной? Что ж, будь по-твоему!
Приторно-сладкая жидкость обожгла горло, и в тот самый момент я услышала оглушительно-громкое:
– Эррол Каррай, я вас люблю!
Я чуть не выплюнула напиток обратно в кубок (а лучше бы в физиономию Карраю). К сожалению, он успел проникнуть в меня раньше (не Каррай, а напиток), чем до меня дошел смысл этого провокационного высказывания. И кто бы мог подумать! Принадлежало оно тихоне Исабель, за весь вечер не издавшей ни звука, разве что с видом преданной собачонки взиравшей на Огненного.
– Эррол Каррай, а я вас обожаю! – объявили с другого конца зала.
