Жизнь шла «по-нашему, помаленьку», как говорит муженька. Семейные заботы, дети подрастают – счастье мое! И никаких тревожных происшествий, только радостные! Приближался знаменательный день, праздник, на который мы с Катей и мужьями были приглашены. В первую июньскую субботу в городе предстояло открытие ресторана у Мишель. Ей удалось полностью отреставрировать особняк купца Ломового. Здание историческое, удивительной архитектуры. Сказочный мини-замок: деревянные резные кружева на окнах, будто висящие в воздухе балкончики. Башенки, флюгера и мини-статуи на крышах. Входную дверь теперь открывал большой танцующий деревянный медведь. Сложное механическое устройство воссоздано полностью, с современной автоматикой и камерами, конечно. Сам ресторан занял танцевальную залу и столовую для приемов бывшего хозяина Ломового. Эти стены опять запестрели живописью – сценами из легенды о речных ведах и Седмице. И пол сделали, как встарь. На дубовые доски был насыпан белый речной песок, взятый у самой скалы. Сверху его залили тонким слоем прозрачного стекла. Да и сам ресторан Мишель назвала «Седмица». Не всем понравилось название. Но оно интриговало, порождая у местных нескрываемое любопытство. Столики заказывались заранее. Внутри самого ресторана – зона для VIP-персон. На круговой веранде, примыкающей к дому, на улице в саду под зонтиками-ромашками все места были уже тоже распределены. Мишель дали слово на местном радио и ТВ. Она выступила с рекламой и таинственно заверила всех, кто не сможет получить сидячие места: «Скучно не будет никому. Приходите на вечернее шоу. После заката развернется театрализованное представление под старину, с преданьями. Всем, кто будет костюмирован, – бесплатное угощение! Наряды можно пошить в моем ателье».
Кстати, нам с Катей Мишель пообещала посетить наше родовое гнездо. Она хотела сделать нам подобающие действу особенные платья. А еще попросила непременно показать ей куклу – госпожу Лану с игрушечным янтарным украшением – песочными часами. Надо сказать, что мы стали дружны с Мишель. Она большая молодчина и работяга! Ее ателье-магазин теперь известен на всю область. Из Москвы приезжают крутые бизнес-леди шить у «француженки» эксклюзивные наряды. Само ателье-кафе и показы мод стали неотъемлемой городской изюминкой. Экскурсионные автобусы обязательно останавливаются у ее сказочно красивого особнячка. Рядом мэр даже старую панельную пятиэтажку снес, чтобы построить парковку для машин. Незаменимым помощником и шеф-поваром в ресторане стал, «эт-само», конечно наш Матвей. Он очень изменился! Совсем не пьет, солидно выглядит, одет с иголочки. У него, бывшего босяка, теперь фетиш – дорогая и удобная обувь. И «эт-само» теперь от него редко услышишь. Только когда нервничает. Он удивил всех тем, что умеет прекрасно готовить. Вкусно, быстро. У него свои рецепты, свой стиль, свои приправы. Местные травы и некоторые речные водоросли – настоящий эксклюзив! Матвей Михайлович, его теперь так величают, оказывается, потомственный повар. Дед и отец Матвея на флоте служили коками. А прадед его, Варфоломей Морошкин, служил поваром у самого купца Ломового. Так что все вернулось на круги своя, ведь старинные морошкинские рецепты передавались из поколения в поколение. Мы теперь нашего Матвея Михайловича нечасто видим. Оно и понятно, у него дел невпроворот, особенно перед открытием ресторана своей дочери.
А тут чуть свет неожиданно сам пришел и несказанно нас огорошил:
– Даша, Катя, только чего не подумайте. Я к вам со всей душой! Но не ходите на прием в ресторан. Лучше дома отсидеться. У вас детки малые. Да мужей не пускайте! К Седмице тоже ни ногой! Эт-само, поверьте на слово. Я Миш… Ланочку просил, упрашивал, хоть не на двадцать первый ведовской день назначай. А она на своем настояла. В Молчунью! Вот-те! У Седмицы опять ведьмина прорубь появилась. Сам видел! На воде больше суток плавает, не тает. Главное! Эт-само, Мишель моя и, не могу сказать кто, что-то готовят. Что-то стремное вокруг происходит. Доча же таится от меня, эт-само. Говорит, потом все узнаешь. Аж сердце болит, неспокойно оно… Вот и толково предупредить не могу. Начеку будьте, эт-само!
Сказал. Печально посмотрел виноватым взглядом. Без всякого «до-свидания» сорвался.
Неуклюже ретировался, будто страх гнал его прочь. А дальше – больше…
Позвонила Раиса Юрьевна. Спросила Вячеслава. Он как раз на обед домой пришел. Антипова настаивала на «тет-а-тет», не по громкой связи. Мы, присутствующие на кухне, напрягли слух. Вначале Славик неохотно отвечал. Недоуменно. Голодный, поглядывал на накрытый к обеду стол и, видимо, с трудом понимал, что басит, срывая голос, Антипова. Потом пожал плечами, серьезно посмотрел на меня с Катей и, перед тем как дать отбой, коротко сказал в трубку:
– Выезжаем. Ждите и больше ничего не предпринимайте.
У Вячеслава был очень странный вид. Таким мы его еще не видели. Раздумывая, он теребил кусок хлеба на столе. Никто из нас не решился отвлечь его от тяжелых мыслей.
