— Потому что ты сейчас говоришь глупости, и я могу тебя придушить. Мне хочется трахнуть тебя, красавица, а не причинить боль.
Я гордилась тем, что сохраняю бесстрастное выражение лица.
— Я имею право знать.
— Имеешь? Ты не моя девушка, — напомнил мне Роуди. — Я тебя ещё даже не трахал.
— И ты думаешь, будто я позволю, зная, что ты ходишь и засовываешь свой член в каждую дырку?
— Ты можешь думать что угодно, но я уже сказал тебе — мы потрахаемся. Никаких «если», «и» или «но».
Я почувствовала, как мои соски упираются в рубашку.
— А как насчет «нет»? Ты понимаешь это слово?
— Ты не скажешь «нет».
— Кажется я припоминаю, что уже говорила это раз или два. Проверь меня.
Не дожидаясь его ответа, я повернулась и бросилась прочь, пока он не увидел всю глубину моей обиды.
Я уже дошла до двери, когда услышала его слова:
— Я никогда не трахал Тьюсдей, ты, чертова плакса. Иди сюда.
— Нет, — я отказалась поворачиваться и давать понять, что он прав. Мне хотелось плакать. — Я тебе не верю.
Я поспешно проверила свои щеки на наличие слез, когда услышала, как он поставил свой стакан, встал и пересек комнату. Оказавшись достаточно близко, он схватил меня за руки и развернул лицом к себе, после чего прижал спиной к двери.
— Это слезы для меня, плохая девочка?
Я охнула и отвернулась.
— В твоих снах, — проворчала я.
— Ты мне определенно снишься, — признался он. — Но плачешь только тогда, когда мой член находится внутри тебя, и ты умоляешь меня войти глубже.
— Боже, да ты просто свинья, — обескураженная, я покачала головой.
Накатила новая волна слез, и на этот раз у меня не хватило сил сдержать их, когда Роуди был так близко. Он заставлял меня чувствовать, будто я могу выдержать всё, и в то же время разрушал мои стены. Словно почувствовав мою внутреннюю борьбу, он поцелуями убирал слезы, его губы покрывали каждый сантиметр моего лица, даже веки и лоб, на которых не было слез. Он целовал везде… но не губы.
— Почему ты до сих пор не поцеловал меня? — спросила я.
Он ухмыльнулся.
— Ты только что говорила мне, что я тебя никогда не трону, а теперь умоляешь поцеловать тебя?
— Умоляю? Господи, ну пожалуйста. Мне просто интересно.
— Хм.
Я чувствовала, как он внимательно изучает меня, поэтому сменила тему.
— Значит, вы с Тьюсдей…
Он разочарованно выдохнул.
— Я уже сказал тебе. Я никогда не трахал её, Атлас.
Я долго смотрела на него, и он не отпускал меня, пока я не убедилась, что он говорит правду.
— Просто проверяю.
— Зато она отсосала мне, — Роуди рассмеялся, когда я его пихнула. — Я же шучу, злобная задница! Черт. Я никогда не трогал её, но поимел её парня или как его там, после того как он пришел ко мне на работу с выпяченной грудью, — сказал он, заставив моё сердце упасть. — Я не мог позволить себе проявить неуважение, но, если говорить начистоту, в любом случае я бы это сделал.
Мой желудок скрутило, пока я боролась за то, чтобы мой голос оставался ровным.
— Почему?
Он пожал плечами, но впервые он выглядел неловко.
— Ладно, не говори ей, что я тебе это сказал, но мне показалось, что Тьюсдей получила от него по заднице.
— О.
— И прежде чем ты что-то скажешь, нет, я поимел его не потому, что хотел заполучить её для себя. Тьюсдей — хороший человек и хороший работник. Я не идеальный человек, Атлас. Я делал вещи и похуже, но мне всё равно было не по себе от того, как она его боялась.
— Всё в порядке, — сказала я тихо, но искренне. — Я не злюсь.
Как я могла злиться, зная, через что прошла Тьюсдей, и что Роуди был достаточно проницателен, чтобы понять это и помочь ей, а не закрывать на это глаза?
Наверное…
— Лучше бы ты не ошибалась, — хрипловато ответил он. Я погрузилась в размышления, пока Роуди проводил рукой по моим бокам и снова и снова целовал меня в щеку.
— Ну, думаю, тебе больше не стоит о нём беспокоиться. Тьюсдей утверждает, что он вернулся в Оклахому, но я… не знаю, правда ли это.
Роуди нахмурил брови.
— Зачем ей врать?
— Потому что она его убила?
Роуди поднял голову, и наши широко раскрытые глаза надолго встретились, прежде чем мы разразились хохотом.
— Эй, ты можешь себе представить, чтобы счастливозадая Тьюсдей на самом деле убила кого-то?
Я пожала плечами, не желая недооценивать её после того, как услышала её ужасную историю.
— Люди совершают безумные поступки, когда их загоняют в угол.
Мне ли не знать.
— Наверное, — сказал Роуди, его голос прервался, когда кто-то начал колотить в дверь позади меня. Он оттащил меня и задвинул за спину, а затем открыл её, чтобы увидеть расстроенного Рока. — Что я тебе говорил о том, что нельзя стучать в мою дверь, будто полиция?
— Какого хрена вы тут делаете? — рявкнул Рок в ответ. — Я писал и звонил тебе уже двадцать минут!
— Ясно, что я был занят, ублюдок. Что тебе нужно?
— Ди-джей отказался, и все, кого мы знаем, заняты. Некому заниматься музыкой.
— Блядь.
Рок и Роуди уставились друг на друга, молча обдумывая варианты, пока мне в голову не пришла одна безумная идея.
— Эм… — я медленно подняла руку. — Возможно, я знаю одного.