Во власти страха полностью

Райм посмотрел на записи и пожал плечами.

– Загадочно, как сообщение, которое он пытается отправить.

– Полночь, – повторил Том.

– Ладно, твоя взяла.

Купер надел куртку и попрощался.

– Сакс? – спросил Райм. – Идешь наверх?

Амелия отвернулась от доски и посмотрела в окно на голые, обледенелые ветви, гнущиеся на ветру.

– Что? – Казалось, она не слышала.

– Идешь в постель?

– Через несколько минут.

Том поднялся по лестнице, Райм покатил к лифту, который поднял его на второй этаж. Наверху он направился к спальне, но остановился, поднял голову и прислушался. Сакс говорила по телефону, негромко, но он все же разобрал слова.

– Пам, привет, это я… Надеюсь, ты читаешь сообщения. Очень хочу поговорить. Позвони. Я люблю тебя. Доброй ночи.

Третий звонок за сегодня, подумал Райм. Он услышал ее шаги по лестнице, тут же въехал в спальню и завел разговор с Томом, должно быть, показавшийся помощнику бессмысленным, поскольку Райм не думал о том, что говорил. Он просто не хотел, чтобы Сакс догадалась, что он услышал ее мольбу, обращенную к Пам Уиллоуби.

Сакс поднялась на последнюю ступеньку и вошла в спальню. Райм подумал: как это тяжело, когда самые близкие люди внезапно становятся такими ранимыми. И еще хуже, когда они маскируют это стоическими улыбками, как Сакс.

Она поймала его взгляд и спросила:

– Что случилось?

Райм сымпровизировал:

– Просто думал. У меня есть предчувствие, что мы возьмем его завтра.

Он ожидал, что Амелия недоверчиво посмотрит на него и скажет что-то вроде: «У тебя? Предчувствие?»

Но вместо этого она тайком глянула на экран своего телефона, сунула его в карман и произнесла, глядя в окно:

– Может быть, Райм. Может быть.

Весь в поту, с громкими стонами, Билли Хейвен пробудился от тяжелого сна. Ему приснилась Олеандровая комната.

Все сновидения, связанные с ней, – а снились они часто – были тяжелыми по определению.

Этот сон был особенно тяжелым, поскольку в нем присутствовали его родители, хотя они умерли за несколько лет до того, как он впервые вошел в Олеандровую комнату. Может, они были призраками, но выглядели вполне реальными. Странная реальность нереальности сновидений.