Беспокойство Райма оправдалось. Открыв напорную трубу, Икс 5–11 уничтожил все следы на месте преступления. Сам ушел через дверцу, посредством которой проник в гараж, бросив ее открытой. Через несколько минут вода залила нижний ярус и хлынула через дверцу в туннель внизу, который, по всей видимости, должен был стать зоной убийства.
Когда дело касается уничтожения следов на месте преступления, вода бывает хуже огня. Многие следы могут сохраниться в пламени, и даже если обрушатся стены, положение предметов, архитектурных элементов и даже человеческих тел останется почти неизменным. А вот поток воды, словно громадный смеситель, не только растворяет, уничтожает и смешивает, но и переносит предметы далеко от изначальных мест. Вода, как не раз указывал Райм, – это универсальный растворитель.
Полицейские из ОБР осмотрели место преступления и подняли жертву на улицу. Он был одурманен, но жив, единственными повреждениями казались синяки от удара о стену, куда его отбросила вода. У Икса не было времени начать модификацию. Потерпевший был близок к переохлаждению, но медики сняли с него мокрую одежду и завернули в теплые одеяла.
Полицейские вынесли его, закончили осмотр и ушли, а двое пожарных в защитных костюмах с трудом шли по воде, чтобы остановить поток. Кроме того, они взяли образцы. Райм беспокоился, что Икс мог вылить в воду какой-то яд, способный, даже будучи растворенным, причинить вред или даже убить.
К ним подошел полицейский из ОБР.
– Говори, – велел Хауманн.
– Вода утекает, и пожарные включили насос. Но воды еще много. Да, они сделали предварительную пробу, в воде нет биологически опасных веществ, никаких химикатов, по крайней мере, ничего значительного. Поэтому они выкачивают воду в канализацию. Примерно через час ее не останется.
Полицейский обратился к Сакс:
– Детектив, они нашли кое-что интересное для вас. Один из пожарников заметил это.
– Что именно? – спросила она.
– Пластиковый пакет. Это все, что я знаю.
Амелия кивнула, не питая особой надежды, что в пакете есть нечто, имеющее отношение к делу. Там могла быть банановая кожура или монеты для паркометров на автостоянке. Однако существовала вероятность, что там окажется бумажник преступника или карточка социального страхования.
Делать здесь больше было нечего, и Амелия с Лоном отправились к санитарной машине. Вошли в нее сзади, закрыли дверцу. Александр Брейден сидел закутанным в синее одеяло и дрожал. В машине было тепло, но он промерз в почти ледяной воде.
– Как себя чувствуете? – спросил Селлитто.
У Брейдена заметно стучали зубы.
– Холодно, голова кружится от того, что этот сукин сын вколол мне. Говорят, это пропофол. – Он заикался, невнятно произносил слова. – И его вид в этой маске ошеломил меня.
– Можете его описать?
– Приблизительно. Ростом около шести футов, хорошо сложен. Белый. Но он был в желтой латексной маске. Господи, она ошеломила меня. Совершенно ошеломила. Я уже говорил это, так ведь? В ней были отверстия для глаз, носа и рта. Вот и все.
Селлитто показал ему фоторобот.
– Может быть. Но маска, понимаете.
– Конечно. Одежда?
– Когда он подошел ко мне в гараже, был в комбинезоне. Кажется. Он застал меня врасплох. – Брейден содрогнулся. – Но я видел его раньше, и одет он был по-другому. Если только это был он. Он вошел вот в это здание.
Ага, может, все-таки у них есть нетронутое место преступления. Сакс отправила проверить это человека из ОБР – трасолога.
– Он что-нибудь говорил? – спросил Селлитто.
– Нет. Просто кольнул меня иглой. Потом я начал терять сознание. Но я видел, как он… – Голос его оборвался. – Я видел, как он достал из рюкзака скальпель.
– Скальпель, не просто нож?
– Определенно скальпель. И, похоже, он умел с ним обращаться. Да, и он ощупывал мою кожу. На животе. Ощупывал и оттягивал. Черт возьми. Как это понять?
– Он уже делал это, – сообщила Сакс. – Мы не знаем точно почему.
– Да, и я помню, что, когда он опустил руку, его рукав задрался. Понимаете? Я увидел на его руке татуировку. Странную. Многоножку, я совершенно уверен. Да. Но, знаете, с человеческим лицом.
– Какого цвета была татуировка? – поинтересовался Селлитто.
– Красного. А потом я помню лишь, как пришел в себя, откашливался, а полицейские вытаскивали меня из воды. Мне было очень, очень холодно. Жуть. Я словно плавал в океане. Это он убивал тех людей в городе?
Иногда лучше отмолчаться, иногда ответить.
– Вероятно, – проговорил Лон.
– Почему он выбрал меня?
– Мы не знаем его мотивов. У вас есть враги, которые могли бы это сделать?
Сакс и Райм не исключали, что Икс использовал серийные убийства, чтобы скрыть убийство конкретной жертвы, затерянной в общей массе.
Но Александр ответил:
– Я занимаюсь безопасностью компьютеров и подумал, что помешал какому-то хакеру и он хочет мне отомстить. Подумал, что человек, вошедший в это здание, возможно, преследовал меня, мог быть наемником, или как там вы их называете. Но я не знаю никого конкретного.
– Это маловероятно, – произнес Селлитто. – Мы полагаем, что он выбирает людей наобум.
