Я в монотонной манере разговаривала со своим отражением. На лице ни дёрнулся не единый мускул, как у восковой фигуры, в глазах застряли не пролитые слёзы, там им и место.
Вывел меня из раздумий тактичный стук в дверь:
– Я скоро выйду…
– Я принесла твой наряд на вечеринку и через пятнадцать минут придут поправить твой макияж и прическу.
Я обессиленно поднялась со стула, чтобы отворить дверь в гримёрку, до сих пор находясь в платье, в котором выступала. Мне нравилось писать музыку и песни, я любила петь для зрителей, мне даже нравилось встречаться с фанатами. Но пафосные вечеринки, где ты всегда должен держать своё лицо и поддерживать имидж доводили меня до состояния полнейшего опустошения. После концерта я бы предпочла поехать к себе в номер и побыть в одиночестве. Пока я жила в Оушенсайде мне нравилось проводить время с Хеллой в любимом баре «Only one», где я начинала свою карьеру певицы. Сейчас же гастролируя с огромной командой всевозможных помощников мне становилось тесно и не комфортно. Я не чувствовала себя среди этих людей свободной. Каждый мой шаг и каждое моё действие должно быть обдуманными. Без право на ошибку. Репортёры становятся всё навязчивей.
– Я устала. Если я очень тихо и незаметно отправлюсь к себе в номер, ты прикроешь меня? – обратилась я к Рокс.
Рокси это моя PR-менеджер.
– Это важное мероприятие, ты должна там засветиться хотя бы на час. На этой вечеринке будут все сливки общества поп-индустрии и не только, так что глубокий вдох и в бой.
– Но…, – начала было я сопротивляться и потерпела поражение.
– Никаких «но»!
С этой пиар-фурией было спорить бесполезно. Эта женщина знала своё дело и выполняла его на отлично. Задача Рокси заключалась в том, чтобы привлечь к моей персоне как можно больше внимания и заинтересовать в моём творчестве как можно больше людей.
– Хорошо, – взяв себя в руки, натянула самую искреннюю улыбку, на которую была способна, чтобы не казаться неблагодарной сукой.
– Вот и отлично. Жду тебя в машине, через тридцать минут.
Она даже не стала дожидаться моего ответа, просто развернулась на каблуках и отправилась в направлении парковки.
Переодевшись в элегантное платье красного цвета, с открытыми плечами, и босоножками в тон, за меня взялась стилист по макияжу и причёске. Перекрасив мои губы в красный цвет и поправив волосы, после чего я отправилась в машину с охраной на хвосте.
– Констанс, это часть твоей светской жизни. Ты должна сегодня блистать и приковывать к себе взгляды, чтобы получить всевозможное внимание. Если ты не будешь у всех на слуху, о популярности можешь забыть.
– Угу, – без энтузиазма ответила я.
– Да что с тобой такое?
– Наверное просто устала сегодня…
– Устала? О чём ты, милая? Вычеркни такую функцию из своего организма. Тебе некогда даже думать об этом.
Я тактично промолчала, зная, что спорить бесполезно, а портить отношения совсем не хотелось. Рокс одна из лучших, и прекрасно выполняет свою работу.
Вечеринка была в банкетном зале отеля, в стандартном формате «улыбаемся и машем». Я продержалась час, как и обещала Рокси, после чего поднялась в свой гостиничный номер. У меня на языке вертелись новые слова песни. Мне не терпелось их перенести на бумагу, и воссоздать в песню. Зайдя в номер отеля, сбросила с себя платье и туфли. Достав любимую тетрадь записывала всё, что лилось из глубин моей души:
Перенеся слова на бумагу, я взяла гитару подбирая мотив, накладывая ноты поверх слов. Сама не заметила как мыслями оказалась в прошлом. Снова.
А ведь это уже вторая за сегодняшний вечер. С одной он уже успел уединиться в туалете бара. Я бы не хотела сейчас здесь находиться, но моей подруге нужна поддержка, поэтому я здесь. Они с Максвеллом, напарником Кайдена, всё никак не могут определиться мир у них или война, любовь или ненависть. Признаться честно, ведь именно я настояла на том, чтобы Хелла открылась для чего-то нового, хоть для кого-то. А сейчас её душа измучена, сердце болит, и всё, что я могу сделать – это быть рядом. Даже, когда у самой на душе кошки скребут, но на то и нужны подруги, чтобы поддержать в любой момент.
