Внезапный, душераздирающий крик молотом ударил по слуху наследников, заставляя их поневоле остановиться. Не сговариваясь, они в тот же миг сорвались с места и стремительно рванули в сторону забытой ими поляны. Каждый, несомненно, тревожился за своих, невольно позабыв о различиях между ними. На самой поляне их ожидал еще один сюрприз, в какой-то степени приятный: товарищи по миссии были абсолютно целы, но так же как и они не малость растревожены.
- Кто кричал? - тут же вопросил Сэм, едва вступив на территорию поляны.
- Сами не знаем, - пожала плечами в ответ Ригана, подходя к нему.
Вся команда прибивала в недоумении. Никто из них не мог понять, что происходит, но и относиться ко всему равнодушно они были не в силах. В замешательстве был каждый. Даже Давид приподнялся, позабыв о сне. Хладнокровным казался только Алиос, молча прислушивающийся к вновь повторившемуся крику, словно обволакивающему чужой разум.
Поведение Сэма и его влияние явно не исчезло без следа, раз Сафи, позабыв о вражде, решилась подойти к волшебнику и заглянуть ему в лицо.
- Лесной?
Алиос поднял на темную растерянный взгляд и под гнетом ее внимания невольно смутился. К его великому негодованию взоры остальных, словно желая подавить его ум, обратились в его сторону. Уже в который раз он понимал - находиться в центре всеобщего внимания он не любит.
- Я не кричал.
- Я не о том, - поспешила исправиться Сафи. - Ты ведь знаешь, что это?
В ответ Минан утомленно вздохнул и без тени эмоций пробежался взглядом по лицам каждого из членов команды. Вопросим их он не внемлил. Алиос молча поднялся на ноги и неторопливо направился туда, откуда, казалось, и доносился уже заметно стихший крик. Недоуменно переглянувшись, Фаван и поднявшийся на ноги Давид, не сговариваясь, поспешили за ним. Зазевавшийся Сэм был бесцеремонно подтолкнут вперед не в меру любопытной Риганой, которой идти на разведку самой мало хотелось. Она ведь женщина, в чем ее обвинять? Оставалось лишь непреклонно следовать ее воле.
В полном безмолвии было пройдено достаточно большое для них расстояние. Барьер Сэм был вынужден снять, несомненно, не без напоминания Фавана. Все вокруг казалось им довольно спокойным и мирным, но только определенно до того самого времени, пока Алиос не вывел их в более глухую часть леса, густо заросшего колючим кустарником. Сафи оказалась права. Алиос сразу все понял. Мало того, он более чем точно знал, где и что происходит.
На потемневшей во тьме ночной траве, переливающей бронзовым под светом луны, лежала небольшая плетеная корзина с рассыпанными рядом ягодами. Так же их взору представилась не малость перепуганная девушка, с длинными по пояс, немного растрепанными золотистыми волосами. Взгляд ее светло-карих глаз был в полном ужасе устремлен на подбирающуюся к ней все ближе тройку грубого и неопрятного вида мужчин. По общему счету они являлись местными разбойниками. Простенькое на вид, деревенское платье местами было разорвано, на пухлых, розоватых щеках заметные царапины, но, отнюдь, незначительные, что радовало.
Взгляд перепуганной девушки так не кстати наткнулся на четверку вышедших из лесу путников. Несомненно, это напугало ее еще больше. Вероятно, в ее неспокойной на этот час голове, родилась мысль о том, что те могли быть в одной шайке с теми, кто гнался за ней по всему лесу.
С необычайным равнодушием Алиос посмотрел в сторону сопровождающих, ожидая каких-либо действий с их стороны, ибо делать что-либо сам, он не собирался. Но, как оказалось, не только он отнесся ко всему хладнокровно. Это если не брать в счет Сэма. Последний был готов поволноваться за всех и вся в этом мире. На то он и светлый...
- Бабы. – только и сказал Фаван, раздраженно глядя на несчастную.
Терпеть на себе укоризненные взгляды, пусть и вполне заслуженные, он не собирался. Нервно дернув плечом, темный отвернулся от представленной им картины, и уверенно шагнул вперед, желая вернуться. Уже в следующий миг он был пойман под локоть чьей-то крепкой рукой.
По спине пробежала неприятная дрожь, пробуждая в нем неимоверное раздражение, заставляя гнев накрыть разум тягучим туманом. Такова всегда была его реакция на светлых эльфов, стоило им появиться рядом. Одним рывком он высвободил свою руку. Фаван с осязаемым недовольством покосился на Сэма, позволяя во взгляде проявиться всей той ненависти, что он к нему испытывал.
